Книга Пышка в Академии боевых драконов, страница 131 – Дарина Ромм

— А в новом общежитии кто меня шваброй огрел? Не ты, случайно? – подозрительно прищурилась я.

Мне всё больше и больше хотелось хорошенько вмазать этой девице. Даже если она и её подельники руководствовались благими намерениями, они не имели права распоряжаться моей жизнью!

— Ну конечно, я! Думала, ты пойдёшь в лазарет лечить шишку. Твоему зверю туда доступа нет, зато я бы тебя там встретила и обработала. Но ты и здесь по-своему поступила и пошла лечиться к этой зельеварше! – скривилась нахалка. Вот бессовестная, еще и недовольна, что я не стала марионеткой в ее руках!

— Так значит, и письмо, которое мне передал элементаль Маврикий, написала ты? В нём была приписка с требованием не брать с собой Мусаку.

— Я написала. Отдала Татише – она тоже с нами в этом деле, – и её слуги передали записку тебе. Я хотела поговорить с тобой, чтобы ты не делала глупостей, Катя!

Услышав это, я едва не зарычала от негодования – я делала глупости?! Просто выживала, как могла, и всё!

Почувствовав мои эмоции, Мусака выгнул спину и возмущённо зашипел, Малыш приподнял голову и рыкнул, а рука Себастьяна успокаивающе легла мне на талию. Вот честно, если бы не они, не их поддержка, встала бы и отвесила этой паршивке хорошего леща!

Злобно посопев, я всё-таки заставила себя успокоиться и продолжить расспросы. Повернулась к ректору:

— Кто такая Инфанта?

— Ты, Катя. "Инфанта" – это просто... псевдоним. Сообщение о том, что у нас появилась Инфанта, означало, что некая попаданка под именем Катарины Верфёльд уже в академии. Что процесс запущен.

Я во все глаза смотрела на невозмутимое лицо ректора – обалдеть, как у него все просто!

— Ладно, у меня ещё два вопроса. К тебе, – я повернулась к Лизи-Катарине. – Первый: как тебе удалось вытащить мою сумку из вольера Малыша и остаться живой? И второй: если я не Кейтлин Флейм, то где тогда она?

— На оба твоих вопроса, по сути, один ответ, Катя. Сумку твой Малыш позволил забрать, потому что я и есть Кейтлин Флейм. Я дочка Эдварда, а мантикора никогда не нападёт на носителя его крови и магии, – ответила Лизи-Катарина. Вернее, и не Лизи, и не Катарина...

— Ничего не понимаю, – растерялась я. – А Катарина тогда где?

На этот вопрос ответила Клео.

— Настоящая Катарина умерла. Когда Орисий снова женился, он отправил дочь от Мариши ко мне в монастырь. Но… Через несколько месяцев приехала Магда, его вторая жена, якобы проведать девочку. Вот только вскоре после этого малышка умерла – подозреваем, в конфетах, которыми мачеха ее угощала, была отрава.

— Какой ужас! – охнула я. – Но ведь Орисий искренне считал меня Катариной. Он что, не знал, что его дочь... Что ее нет?!

— Я сообщила ему об этом письмом, но он не ответил. Вообще не отреагировал, как будто до него не дошла эта информация. Возможно, моё письмо перехватила его жена, не знаю. Но я решила, что больше не буду ему ничего писать – Орисий делами дочери не интересовался совершенно, вот и не знал, что Катарины больше нет.

— Этим я и воспользовалась, чтобы организовать твоё прибытие в академию, Катя, – хмыкнула… Кейтлин.

— Но вы же говорили Орисию про записи на кристаллах, ещё про какие-то свидетельства его преступлений. Мешочком своим трясли, уверяя, что там доказательства, – я кивнула на свёрток, который всё ещё держала в руках королева Аркана. Так неприятно было сознавать, что меня использовали втёмную. Просто как пешку по шахматной доске двигали, не спросив согласия!