Онлайн книга «Укрощение строптивого ректора»
|
И, наверняка, где-то во внутреннем кармане его расшитого золотом камзола прямо сейчас лежал тот самый материнский артефакт из мертвецкого воска... Вот только сорвать с неприкосновенного инспектора одежду без доказательств мы не могли. Пока не могли. Апогей этого цирка наступил вечером, на официальном ужине в малом банкетном зале, которого Джулиан потребовал по протоколу встречи ревизоров. Чтобы позлить бывшего жениха (и чего уж греха таить — проверить на прочность выдержку нынешнего начальника), я явилась на ужин в самом сногсшибательном платье из своего неприкосновенного запаса. Тёмно-алый, цвета драконьей крови бархат с открытыми плечами и корсажем, который держался на тонком переплетении золотых шнуров. Вырез на спине спускался почти до самой поясницы, а разрез узкой юбки при каждом шаге демонстрировал ножку в чёрном ажурном чулке с золотой подвязкой. Когда я вошла в зал, Джулиан, развалившийся в кресле с бокалом коллекционного вина, буквально поперхнулся и облил кружевное жабо. А вот Магнус Дарк, стоявший у высокого стрельчатого окна, замер так резко, что бокал из толстого хрусталя в его пальцах дал глубокую вертикальную трещину. Его потемневший до черноты взгляд скользнул по моим обнажённым плечам, опустился к ложбинке груди — и за окном, прямо над крышей банкетного зала, беззвучно полыхнула такая ослепительная ветвистая молния, что тени в комнате метнулись к стенам. — Сабрина, ангел мой, ты прямо таки расцвела в этой глуши! — Джулиан тут же вскочил из-за стола, подлетел ко мне и бесцеремонно попытался поцеловать мою руку выше запястья, прямо возле штрафного браслета. — Хотя этот вульгарный наряд мы в столице, конечно, сменим на что-нибудь более пристойное для дамы из моей свиты. Я брезгливо выдернула пальцы из его влажной ладони, будто коснулась скользкой жабы: — Держите свои губы при себе, инспектор Ванкур. У меня на дешёвый столичный парфюм и подлецов острая аллергия — могу случайно чихнуть проклятием импотенции. Джулиан криво усмехнулся, ничуть не смутившись. Его холёное лицо потеряло слащавую мину, став злым и расчётливым. Пальцы с массивным перстнем больно сжали мой локоть, а вторая рука по-хозяйски легла на мою обнажённую в вырезе платья талию, оглаживая изгиб бедра. — Не зарывайся, Сабрина, — горячо зашептал он мне прямо в лицо, обдавая парами выпитого вина. — Ты здесь на птичьих правах. Твой грозный защитничек Дарк уже политический труп! Завтра утром я отправлю в столицу голубя с рапортом о том, что ректор призвал тварь из тёмных миров, а допрашиваемых мною Варга и Сквиба найдут в карете… скажем так, скоропостижно скончавшимися от сердечного приступа. Дарк пойдёт под военный трибунал, а ты — за ним следом в соляные шахты! Я посмотрела ему в глаза, чувствуя комом накатывающую ненависть и презрение: — Как низко, Джулиан. Решил скормить мальчишек древней твари ради новой должности? — Докажи, — нагло ухмыльнулся он, сильнее сжимая мою талию и притягивая меня к своему расшитому золотом камзолу, во внутреннем кармане которого я отчётливо ощутила ребром ладони твёрдый, пульсирующий ледяным холодом кругляш. — Никто не поверит ссыльной ведьме против старшего инспектора! Так что будь умницей: сегодня ночью, ровно в одиннадцать, я жду тебя в гостевых покоях западного крыла. Без кота и без нижнего белья. Отработаешь прощение в моей постели, как положено покорной невесте, подпишешь бумаги — и завтра уедем в столицу вместе. Ну же, не ломайся, я же вижу, как ты истосковалась по настоящему аристократу среди этих казарменных мужланов… |