Книга Служебные обязанности, страница 36 – Салма Кальк

— Благодарю вас, госпожа Дюмон, — неожиданно он улыбается мне. — Вы спасли меня от весьма неприятной ситуации.

— Пустое, я сама послужила невольной причиной, — я тоже улыбаюсь ему.

Он высок и хорошо сложен, как будто немногим старше меня, и глаза у него синие — неожиданно яркие. Красавчик, да, но совсем не как Морриоль — тот бы уже кричал, страдал, привлекал внимание к своим страданиям, а коснись я его рукой в подобной ситуации — схватил бы и не выпустил, пока не перецеловал все пальцы. Мне это нравилось, да?

Да мне просто было не с кем сравнить, вот и всё. Нечего увлекаться первыми встречными, дорогая Сесиль. Они могут оказаться совсем не теми, кем кажутся на первый взгляд!

Сейчас у нас второй встречный, и он интересуется:

— Госпожа Дюмон, вы шли из зала?

— Да, но я уже готова вернуться. Мне стало душно, я вышла. Но опасаюсь, что меня потеряет бабушка. Судя по звукам, там уже завершается вальс, и когда музыканты доиграют, я должна быть на месте.

— Идёмте, — он предлагает мне руку.

Я спешно натягиваю перчатки и принимаю. Двери в зал он открывает магически, мы заходим как раз в тот момент, когда музыканты играют вальсовую коду.

— Скажите, госпожа Дюмон, у вас свободен следующий танец? — интересуется он.

О, он хочет пригласить меня на танец? Как мило! Пускай приглашает, правда ведь?

— Следующий занят, увы. Но после него довольно много свободных. Понимаете, я не была в Массилии пять лет, меня здесь успели позабыть, — вздыхаю немного картинно, смотрю на расписной потолок. — А приехала я только вчера и ещё не успела возобновить свои прежние знакомства. Да вы знаете, — взгляд из-под ресниц на него, — мы ведь приехали сюда одним поездом. Господин Мишель Палан утверждал, что пытался вас мне представить, но вы не захотели.

Я и дальше поглядывала на него из-под ресниц, а ещё раскрыла веер — потому что в зале в самом деле было душно, хоть бы окна открыли, что ли! А он смотрел серьёзно и внимательно.

— Увы, я впервые в жизни прибыл в Массилию, и у меня здесь нет знакомств, которые можно было бы возобновить. Кроме, пожалуй, сослуживца моего деда, дед выдал мне рекомендательное письмо при отъезде, — усмехнулся он.

А у меня в голове что-то закопошилось — я ведь слышала похожие слова от кого-то… от кого? Да конечно же, от господина барона Наргонна! Кстати, где он? И где бабушка?

На ловца и зверь, бабушка и барон важно шествовали к нам от танцующих.

— Дети, как мило, что вы уже познакомились, — промурлыкал барон. — Матильда, дорогая, это и есть тот самый перспективный молодой человек, о котором я вам рассказывал.

Бабушка взглянула на господина Лаффера с интересом, да-да, с интересом. Но не с женским, а… скорее, как матёрая хищница, вот. Я никак не смогла истолковать этого взгляда, что за дело бабушке до этого молодого человека?

— Рауль Лаффер к вашим услугам, — поклонился он бабушке.

Та протянула руку, он коснулся губами лайковой перчатки.

— Госпожа Матильда Пелисье — бабушка нашей милой Сесиль, — пояснил господин барон. — Итак, молодой человек, я сейчас танцую следующий вальс с нашей юной дамой, а вы пока можете выбрать, на какой танец пригласите её.

— Вальс и франкийскую кадриль, пожалуйста, — поклонился он мне.

В другой ситуации я, может быть, и поводила бы носом. Но сегодня, когда моя бальная книжка чиста, как мостовая после проливного дождя, водить носом категорически противопоказано. Поэтому я улыбаюсь как можно более беззаботно и открыто.