Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 96 – Алёна Морская

— Что ты себе позволяешь, лорд? У тебя даже нет титула! – рыкнул Хайа, злобно сверля взглядом лорда Скирен-Квада.

— Как и у вас, – отбрил тот, смотря на парня сверху вниз.

Ли-Льен впервые увидела властного Абеларда. Обычно это был добродушный и учтивый Абелард, иногда серьёзный Абелард, но сейчас даже лорд Сангар неожиданно для себя сжался и сдулся.

Стоило последней ранке на голове Хайи затянуться, как он мрачно откинул пальцы девушки и молча зашагал к своей палатке.

— Спасибо, – произнесла Ли-Льен, осматривая зеленоглазого мужчину.

Она бы, сорвавшись, поступила куда жёстче.

Лицо лорда Скирен-Квада мгновенно расслабилось, и уже добродушный Абелард ответил ей:

— Быть не может. Кажется, это второй раз, когда я слышу от вас слова благодарности, – рассмеялся он.

— Какой кошмар, обычно я не такая вежливая, – ужаснулась Ли-Льен с улыбкой и, убедившись, что у этого лорда ран нет, направилась к следующему однокурснику.

Когда очнулся последний студент, нечисть уже догорела в мощном магическом пламени Улгена.

Посреди палаток витали пепел и едкий дым. Довьят воздушной стихией расчищал от них поляну, а несколько студентов сооружали новые костры-колодцы, чтобы приготовить завтрак – рассвет уже занялся на востоке, да и спать никому не хотелось.

Вскоре палатки были собраны, и первокурсники расселись вокруг костров на свежесваленных еловых стволах, ароматом хвои перебивающих запах горелой мертвечины.

За трапезой Морус, взъерошенный и серьёзный, занялся обучением.

— Итак, что мы имеем. Нариэн, как ты проснулась?

— От вашего окрика, – ответила леди Маннай, убирая пряди распущенных волос за ухо.

Она, как и Ли-Льен, неосмотрительно переоделась в сорочку перед сном, но, выбежав из палатки, про плащ даже не вспомнила, и теперь смущённо кусала губы, не отрывая взгляда от кружки с чаем.

— Полагаю, с остальными так же?

— Я проснулся за мгновение до окрика от неестественной тишины, – подал голос Лагамар. – Когда мы отправились спать, я слышал множество шорохов и птичьих вскриков, но в какой-то момент они пропали.

Он сидел с толстой иголкой наперевес и штопал палатку, которую умудрился порвать, когда в спешке вылезал. Пока что лорд Аншан лишь приносил кровавые жертвы плотной ткани, протыкая пальцы и колени вместе с ней.

— Что же, молодец, – кивнул преподаватель физподготовки. – Кто может описать, что произошло во время ночёвки? Илумер?

Парень сглотнул и выпрямился.

— Я… эм… Дежурные уснули и… в лагерь проникла низшая нечисть.

— Непохоже на правду. Хайа?

— В лагерь проникли льетувены и усыпили дежурных. Затем принялись за спящих. Вместе с этим над поляной стянулись баубасы, чтобы напасть на попавших под чары.

— Уже ближе к истине. Кто-нибудь хочет дополнить? Абелард?

— Чтобы проникнуть в лагерь, нужно сначала снять все те защитные заклинания, которые мы вокруг него возвели. Льетувены и баубасы на это неспособны. Возможно, были ещё какие-то духи или нечисть.

— Верно. – Морус снова кивнул, но взгляд его оставался тяжёлым. – Есть ли что-то, показавшееся вам странным? Арьяман, кажется, ты что-то высказывал по поводу льетувенов.

— Да, – пробасил лорд Аванти, – насколько я помню, льетувены – подвид домашней нечисти, они не встречаются в лесах. Как и баубасы, к слову.

— А также они не действуют сообща, – добавил покрытый сажей Баламут, доевший кашу и грызущий сыровяленое мясо. – А тут как будто сговорились.