Книга Развод. Ты спал с нашим психологом, страница 7 – Кира Роуз

— Дарья Белова? — уточняет он. — Я Константин Веденин. Вы хотели обсудить работу Виктории Ланской.

— Она спит с моим мужем.

Он не отвечает сразу. Я смотрю ему в лицо, жду, что хоть здесь кто-нибудь скажет, что это чудовищно. Константин отодвигает папку и садится напротив. У него очень спокойный взгляд. Мне уже не нравится.

— Расскажите, что произошло.

Я начинаю с телефона. Путаюсь, возвращаюсь к началу сеанса, объясняю, почему ушла раньше мужа. Нет, он ушёл раньше меня. Вернее, должен был уйти. Веденин не поправляет, даёт договорить. От этого немного легче, но я всё равно говорю слишком быстро.

— Они целовались. Она его обнимала. Потом мне предложили не делать поспешных выводов. Представляете?! Та же женщина, которая месяцами учила меня ему доверять!

— Когда состоялась консультация? — спрашивает он.

Я называю время. Он записывает, спрашивает, кто ещё был в кабинете. Я сжимаю ручки сумки. Конечно. Свидетелей-то у меня нет. Они вдвоём скажут, что ничего не было, а я чем докажу?

— Вам мало того, что я сама это видела? — спрашиваю я. — Мне ещё свидетелей было надо привести?!

Константин кладёт ручку.

— Я выясняю обстоятельства. Ваш муж подтвердил отношения?

— Да! — Я наклоняюсь к столу. — Но вы сейчас скажете, что это тоже нужно записать? Заставить его повторить при вас?

Константин не отводит взгляда. Мне хочется встать и уйти: сейчас ещё и здесь начнут объяснять, что я всё преувеличила.

— Мне нужно понять, что можно проверить, — говорит он. — Есть ваши договоры, даты консультаций. Есть ваше заявление о личных отношениях специалиста с клиентом. Вы вправе подать письменную жалобу.

— А вы вправе её уволить!

Сама слышу, как резко это прозвучало. Но я хочу, чтобы Виктория перестала сидеть в своём кресле и рассказывать чужим жёнам, какие они неправильные. Сегодня. Пока я здесь, пока ещё есть силы требовать.

Веденин чуть отодвигается от стола.

— Я не могу объявить её виновной на основании одного разговора. Сначала проверка.

— Конечно, — говорю я. — Она у вас известная. Книжки, выступления. А я просто жена, которая не вовремя зашла.

Последние слова выговариваю с трудом. Господи, сейчас расплачусь. Я приехала жаловаться на её работу, а сижу и почти прошу поверить, что муж мне изменил.

— Я не сказал, что вам не верю, — отвечает он. — Я услышал серьёзное обвинение. Поэтому документы будут сохранены, а обращение рассмотрят люди, которые не связаны с Ланской.

— С вами связаны? — Я уже не могу остановиться. — Вы ведь её партнёр. Вам выгодно, чтобы я ушла. Чтобы ничего не было.

За дверью громко отвечает на звонок сотрудница. Я невольно понижаю голос. Константин встаёт, плотнее прикрывает дверь и возвращается к столу.

— Именно поэтому я предлагаю независимое рассмотрение, — произносит он. — И мне нужно письменное обращение. В нём вы сможете точно указать, на что жалуетесь и какого ответа ждёте.

— Я хочу знать, что она рассказывала мужу, — говорю я. — Из наших разговоров. Когда его здесь не было.

Веденин перестаёт писать. Теперь смотрит внимательнее. Я рассказываю про вчерашнюю кухню, про историю из детства. Про тапки произнести не могу. Говорю только, что муж повторил подробность индивидуальной встречи.

— Я понимаю, что не могу это доказать прямо сейчас, — добавляю я. — Но я не выдумала. Я ей рассказывала. Ей одной.