Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 114 – Мари Ли

Я мягко забрала у него аппарат и сунула в карман его пиджака. — Нет, Руслан Викторович. Я еду смотреть помещение. Сама. Без твоих юристов и без твоих инвестиций.

Он остановился перед открытой дверцей «Майбаха», глядя на меня со смесью возмущения и восхищения. — Аня. У тебя муж миллиардер. Зачем тебе самой воевать с арендодателями и выбивать кредиты в банках? — Потому что я хочу пройти этот путь сама, — твердо ответила я. — В первую кофейню инвестировал ты, и я безумно благодарна тебе за этот старт. Но вторую я хочу открыть на собственные заработанные деньги. Я хочу знать, что могу масштабировать бизнес своими силами. Это мой вызов самой себе.

Он долго смотрел в мои глаза, словно проверяя мою решимость. Ледяная акула бизнеса внутри него привычно требовала взять всё под контроль, упростить мне жизнь, купить это здание целиком, чтобы я не знала проблем. Но мой муж учился доверять моей силе.

Руслан медленно кивнул, и на его губах заиграла гордая улыбка. — Хорошо, партнер. Но если этот арендодатель посмеет тебе хамить... — То я спущу на него Марата, — рассмеялась я. — Договорились!

Прошло еще полгода. Москва укрылась золотым ковром из осенних листьев. Мой второй проект, кофейня в Замоскворечье, находился на стадии финальной отделки.

Это действительно был мой личный вызов. Оказалось, что открывать бизнес без безлимитной кредитной карты Багирова — это адский труд. Я спорила с подрядчиками из-за каждой сметы, неделями выбивала разрешения у пожарной инспекции, ругалась с поставщиками оборудования, которые пытались сорвать сроки. Я возвращалась в пентхаус глубоко затемно, уставшая, перепачканная в строительной пыли, но с горящими глазами.

Руслан наблюдал за мной со стороны. Он сдержал обещание: ни разу не вмешался в процесс деньгами или связями. Но он делал нечто гораздо большее. Он стал моим тылом. Миллиардер, глава огромного холдинга, он отменял свои вечерние деловые ужины, чтобы приехать ко мне на стройку с термосом домашнего чая и коробкой моих любимых эклеров. Он сидел на перевернутом ведре из-под краски в своем безупречном кашемировом пальто, слушал мои жалобы на нерадивых электриков и давал бесценные, точечные советы по переговорам. Он верил в меня так, что у меня просто не было шансов опустить руки.

В тот октябрьский вечер я стояла на стремянке, пытаясь ровно повесить винтажную люстру над одним из столиков, когда входная дверь скрипнула.

Я обернулась, ожидая увидеть прораба, но это был Руслан. Он вошел в полутемный зал, оглядывая законченный ремонт. Деревянные панели теплого медового оттенка, мягкий свет, аромат свежей краски, который скоро сменится запахом кофе.

— Выглядит потрясающе, — произнес он, подходя к стремянке. — Техническое открытие завтра? — Завтра, — я смахнула прядь волос со лба, чувствуя приятную усталость. — Я только закончу с этой люстрой...

Руслан протянул мне руки. — Спускайся. Люстру повесят рабочие утром. Ты и так провела здесь четырнадцать часов, Аня.

Я послушно слезла со ступенек прямо в его объятия. Он привычно обхватил меня за талию, прижимая к себе, и зарылся носом в мои волосы. — Знаешь, — пробормотал он, целуя меня в макушку. — Я сегодня смотрел финансовые отчеты твоего ИП. Ты окупила первую кофейню на три месяца раньше самого оптимистичного прогноза. Мои аналитики в шоке. Они просят меня нанять тебя кризис-менеджером в один из наших филиалов.