Онлайн книга «Атлас. История Па Солта»
|
Такая доброта была поистине неоценимой. — Вам известно, где мы будем жить, Эвелин? — Мне сообщили, что у вас будет жилье в квартале Йоханнисгассе, устроенное через мсье Розенблюма. Там же остановилась и его дочь Карин. У меня нет особых подробностей, все было организовано за один день, но, по всей видимости, это хорошее место. Я мысленно перебрал оставшиеся практические вопросы. — Как насчет денег? — Мои дорогие, вы получили премию Блюменталя. Могу вас заверить, что материальная компенсация будет более чем достаточной для вашего содержания в течение трех лет обучения. Учеба будет оплачена, банковские счета открыты… Фонд Блюменталя обо всем позаботится. А пока что вот немного денег на еду и железнодорожные билеты. – Эвелин вручила мне коричневый конверт. – Внутри вы найдете адрес вашего жилья. Я заглянул в ласковые глаза Эвелин. — Эвелин, я никогда не смогу… – Мой голос сорвался. Я понял, что, возможно, мы видимся в последний раз, и у меня защемило сердце. Она молча привлекла меня к себе, и я уткнулся лицом в ее пальто. — Спасибо, что был моим маленьким спутником, Бо. Помни: несмотря ни на что, хороших людей на свете больше, чем плохих. Я очень люблю тебя. – Она отстранилась и сунула руку в карман. – У меня есть телеграмма для тебя от мсье Ландовски. Я взял телеграмму и положил ее в свой карман, изо всех сил стараясь не расплакаться. Эвелин с видимым усилием овладела собой. — Элле, мне жаль, что твой отъезд из Парижа происходит в такой драматической обстановке. – Она обняла Элле. – Присматривай за ним, ладно? — Конечно, – ответила Элле. — Вот и хорошо. Итак, Луи приедет сюда ровно в шесть утра. У вас есть письма? — Да. – Я шмыгнул носом и передал Эвелин послание для мсье Ивана, а Элле – письмо для мадам Ганьон. — Не сомневайтесь, я доставлю их по назначению. Надеюсь, когда все уляжется, мы еще встретимся. Я постараюсь писать вам в Лейпциг, но это зависит от того, как тщательно жандармерия намерена расследовать события вчерашней ночи. До встречи, дорогие мои, и хорошей вам поездки. – На этот раз голос Эвелин задрожал, и она поспешно вышла из квартиры. — А знаешь, за все это время я обменялся лишь несколькими словами с мадам Эвелин, – сказал Бройли. – Тебе повезло, что она взяла тебя под свою опеку. — Знаю, – ответил я. Последовала бессонная ночь, а когда на часах было шесть утра, мы услышали рокот автомобильного мотора под окном. Полусонный Бройли помог загрузить наши инструменты в блестящий новенький автомобиль «Пежо». — Доброе утро, Бо! – Мой старый знакомый Луи широко улыбнулся, и мне стало легче на душе. – Приятно иметь такую прекрасную компанию в долгой поездке. Перед тем как отойти в сторону, Бройли положил руку мне на плечо. — Бел знала, что тебя стоило спасти. Пожалуйста, не забывай о ней, а я буду мысленно с тобой. Я пожал ему руку и забрался в автомобиль. Вскоре мы выехали из Парижа и помчались навстречу будущему. Когда я попытался устроиться поудобнее и немного вздремнуть, что-то острое врезалось мне в бедро. Я вспомнил о телеграмме от мсье Ландовски, которую забыл распечатать утром. «Если ты не изменишь направление пути, то можешь оказаться там, откуда ты вышел». – Лао-цзы. Bonne chance, мой мальчик. 20 Германия, Лейпциг 1936 год Надеюсь, я достаточно подробно описал обстоятельства, которые привели к нашему бегству из Парижа. Путешествие в Лейпциг прошло без осложнений, а Эвелин и мсье Ландовски были верны своему слову. Фонд Блюменталя оплачивает наше жилье и учебу, а также выделяет регулярное пособие на личные нужды. Увы, после отъезда из Парижа я не имел прямых контактов с моими дорогими друзьями. Тем не менее вечером после моего первого сольного выступления в Лейпцигской консерватории в мою раздевалку доставили большой букет роз с открыткой «Привет из Рима». |