Книга Тайная красота, страница 27 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Бретт очевидно испугался, потому что вскочил и прежде, чем повернуться, быстро спрятал предмет под кровать.

— Черт, Миранда, разве можно так подкрадываться к людям.

— Прости, дорогой. – Она села на кровать и скрестила ноги, показав верх черного чулка. – Что это было? Мой подарок ко дню рождения?

— Нет. Подарок вот.

Бретт передал ей аккуратно завернутый пакет, надеясь отвлечь Миранду от спрятанного под кроватью.

— Можно я открою?

— Если хочешь. С днем рождения.

Миранда разорвала обертку и обнаружила внутри синюю бархатную коробочку. Она открыла ее и увидела изысканный золотой медальон. Не в ее вкусе, но, очевидно, стоил он немалых денег. Она вытащила его из футляра и положила на ладонь.

— Спасибо, Бретт. Очень милый. – Миранда повозилась с застежкой медальона и сумела ее открыть. – Смотри, сюда можно вставить чью-то фотографию и носить у сердца. У тебя есть фотография, чтобы туда положить?

— Нет, такой маленькой нет. Я рад, что тебе понравился подарок. Не знал, что лучше подарить, и посоветовался с миссис Томпсон.

На самом деле подарок выбрала Лия, но Бретт подумал, что Миранду это не обрадует.

— Надень его мне на шею. Буду носить.

— Сейчас.

Бретт встал на колени на кровать сзади Миранды и закрыл цепочку. Не успел он встать, как Миранда перекатилась к нему и обвила его руками. Ее лицо оказалось совсем рядом, и он почувствовал сильный запах духов.

— По-моему, я должна поблагодарить тебя за подарок.

Она поцеловала его в губы.

— Нет, Миранда, я…

Отпрянуть он не успел, она быстро схватила его руку и положила себе на грудь.

После тщетных попыток на пустошах и постоянных мучительных грез о Лии Бретт поддался. Он расслабил губы и дал волю рукам с одной грудью, потом с другой. Он понимал, что этот шаг неверный, опасный, но разум уступил зову плоти. Он сунул руку под платье, и Миранда его не остановила. Вместо этого она медленно расстегнула на его брюках молнию.

— О господи, – пробормотал он.

Первое прикосновение к женщине было ни с чем не сравнимым, и возбужденный Бретт перешел роковую черту. Когда в руку Миранды выплеснулась сдерживаемая страсть, Бретт был ошеломлен. Ему хотелось поскорее уйти. Он оторвался от ее губ, словно вырвался из тисков, и встал с кровати, спеша к двери.

— Миранда… я… – Ее глаза победно сияли. – Прости.

Он больше ничего не сумел придумать, бросился в ванную и заперся.

Бретт сидел на краю ванны, обхватив голову руками. Как он мог так поступить после всего, что говорил Лие? Он действовал как одержимый, словно не в себе, не в состоянии думать ни о чем, кроме плотского удовлетворения. Неужели все мужчины ведут себя так же? Неужели они бессильны перед эгоистичным желанием? Не потому ли он постоянно читает о разрушенных карьерах из-за коварства женщин?

Лие он ничего не расскажет. Она никогда его не простит, и винить ее в этом нельзя.

Бретт так ждал сегодняшнего вечера. Он собирался рассказать Лие, что любит ее, подарить ей законченный портрет углем. Он даже нашел потайное место в одном из амбаров и, когда к нему в комнату ворвалась Миранда, как раз заворачивал рисунок в покрывало, чтобы спрятать его до поры до времени внизу.

Бретт разделся и искупался: вымыл тело, лицо и руки, словно очищаясь от прикосновения Миранды. Потом глубоко вдохнул и решил, что если он хочет сохранить Лию, то придется жить с этой позорной тайной и найти способ для оправдания.