Книга Предатель. У нас все было, страница 60 – Марина Румянцева

Ирина кивает, и я вижу в её глазах слёзы.

— Спасибо вам, Катерина, за вашу честность и смелость, — говорит она. — За то, что нашли в себе силы прийти и рассказать эту историю. Я уверена, она поможет многим женщинам.

Когда камера гаснет, я чувствую, как с плеч спадает невидимый груз. Я сделала это. Рассказала правду всему миру. И теперь что бы ни случилось дальше — я знаю, что сделала всё возможное.

* * *

Реакция приходит немедленно. Ещё до того, как я добираюсь домой, мой телефон взрывается уведомлениями. Социальные сети, мессенджеры, электронная почта — везде тысячи сообщений.

"Катя, ты героиня!"

"Плачу, смотря твоё интервью. Ты такая сильная!"

"Я прошла через похожее. Спасибо, что говоришь об этом вслух!"

"Держимся вместе! Мы с тобой!"

Звонит Света, её голос дрожит от эмоций:

— Катя, ты видела? Твоё интервью стало вирусным! Его уже посмотрели больше миллиона человек!

Миллион. Миллион людей услышали мою историю. Миллион людей знают правду. Эта мысль одновременно пугает и окрыляет.

— Евгения звонила, — продолжает Света. — К ней обратились три правозащитные организации. Хотят помочь с делом. Бесплатно!

Я опускаюсь на диван, не веря своим ушам. Правозащитные организации? Помощь? После стольких месяцев борьбы в одиночку?

Телефон звонит снова. Незнакомый номер, но я отвечаю.

— Екатерина Коршунова? — женский голос звучит профессионально. — Меня зовут Александра Волкова, я представляю фонд "Сестры". Мы занимаемся помощью женщинам, пострадавшим от домашнего насилия. Ваша история глубоко тронула нас. Мы хотели бы предложить вам нашу поддержку.

— Я... не знаю, что сказать, — выдавливаю я, чувствуя, как слёзы снова подступают к горлу.

— Ничего не говорите, — её голос тёплый, понимающий. — Просто знайте — вы не одна. У нас есть юристы, психологи, специалисты по работе с детьми. Мы готовы помочь вам и вашим детям бесплатно. Это то, чем мы занимаемся.

После этого звонка приходит ещё три. Разные организации, но суть одна — они хотят помочь. Впервые за все эти месяцы я чувствую, что за моей спиной стоит целая армия. Что я не одна в этой битве.

Вечером, когда дети уже спят, я сижу и читаю сообщения. Сотни, тысячи слов поддержки от незнакомых людей. Женщин, прошедших через похожее. Мужчин, возмущённых поступком Миши. Родителей, молящихся за моих детей.

Но среди этого потока поддержки есть и другие сообщения. Анонимные. Жестокие.

"Шлюха, ты уничтожила хорошего человека своей ложью."

"Берегись. Есть люди, которые не забудут, что ты сделала."

"Скоро пожалеешь, что открыла рот."

"Твоим детям лучше спать с закрытыми глазами."

Последнее сообщение заставляет моё сердце остановиться. Угроза детям. Прямая, неприкрытая угроза.

Звоню Евгении с трясущимися руками.

— Мне приходят угрозы, — говорю, не здороваясь. — Анонимные сообщения. Одно... одно про детей.

— Сохрани всё, — её голос мгновенно становится деловым. — Скриншоты, номера, если есть. Я свяжусь с полицией. И Катя — будь осторожна. Если заметишь что-то подозрительное, любую слежку — сразу звони.

После разговора с ней я проверяю все замки, окна, сигнализацию. Заглядываю в детскую — Петя и Маша спят спокойно, не подозревая, что их мать сейчас дрожит от страха.

Телефон звонит снова. Ещё один незнакомый номер. На этот раз я не решаюсь ответить, но он продолжает звонить. Снова. И снова. Наконец, я беру трубку.