Книга Предатель. У нас все было, страница 49 – Марина Румянцева

Мир вокруг меня замирает. Я выиграла. Мои дети вернутся домой. Сегодня же.

Анна Петровна резко встаёт:

— Я подам апелляцию! Это несправедливое решение!

— Вы имеете на это право, — отвечает председатель. — А пока решение комиссии остаётся в силе. Дети отправятся с матерью.

Евгения сжимает моё плечо, и только тогда я понимаю, что плачу. Беззвучно, не в силах сдержать слезы облегчения и счастья.

— Можно мне увидеть детей? — спрашиваю, вытирая щёки.

Председатель кивает, и через минуту дверь открывается. Петя и Маша входят, держась за руки. Они смотрят на нас, не понимая, что произошло.

— Дети, — говорит председатель мягко. — Комиссия решила, что вы поедете домой с мамой. Сегодня.

Маша с радостным визгом бросается ко мне. Петя остаётся на месте, его глаза широко раскрыты.

— А как же бабушка? — спрашивает он. — И наши вещи? И школа?

— Всё будет хорошо, сынок, — отвечаю я, протягивая к нему руку. — Мы заедем к бабушке за вашими вещами. А школа... ты же помнишь, что мы переехали? Но ты сможешь видеться с друзьями, я обещаю.

Он колеблется, и я вижу, как борются в нём противоречивые эмоции. Потом медленно подходит, берёт мою руку.

— А папа? — спрашивает он тихо. — Мы увидим папу?

Этот вопрос я боялась больше всего. Что сказать? Как объяснить шестилетнему мальчику, что его отец хотел убить их? Что он преступник, который сбежал из страны?

— Петенька, — я опускаюсь на колени, чтобы быть на одном уровне с ним. — С папой сейчас разбираются взрослые люди. Когда всё прояснится, мы обязательно поговорим о нём. Я обещаю, что всегда буду говорить тебе правду. Даже если она сложная или грустная.

Он смотрит на меня долгим взглядом, потом кивает. И я вижу в его глазах то, чего так боялась не найти — доверие. Несмотря ни на что, несмотря на недели разлуки, несмотря на все попытки настроить его против меня — он всё ещё доверяет мне. Своей маме.

Анна Петровна подходит к детям, обнимает их:

— Будьте послушными, — говорит она, и её голос дрожит. — Бабушка всегда будет любить вас.

Потом выпрямляется, бросает на меня холодный взгляд:

— Я подам апелляцию, — повторяет она. — И докажу, что мой сын невиновен.

Я не отвечаю. Нет смысла. Время расставит всё на свои места. А сейчас главное — мои дети возвращаются домой.

Выходим в коридор, где нас ждёт Света. Её лицо светлеет, когда она видит детей, держащих меня за руки.

— Мы едем домой, — говорю я, и эти простые слова наполняют меня невероятным счастьем.

Дети с любопытством разглядывают Свету, не зная, кто она такая. Эту историю я расскажу им позже. Не всю, конечно, но достаточно, чтобы они понимали, почему эта женщина стала моей ближайшей подругой и союзницей.

Выходим на улицу. Апрельское солнце светит ярко, словно приветствуя нас. Я крепко держу за руки своих детей, чувствуя, как с каждым шагом прошлое остаётся позади, а будущее, хоть и неопределённое, но уже не такое страшное, приближается.

Мы прошли через предательство, через боль, через отчаяние. И выстояли. Вместе. Как семья. Не такая, какой она была раньше, но настоящая. Моя семья.

— Мам, — говорит вдруг Петя, поднимая ко мне лицо. — Я очень скучал.

И эти три простых слова исцеляют во мне что-то, что я считала разбитым навсегда.

Утро встречает меня детским смехом. Этот звук, по которому я так скучала, теперь наполняет мою новую квартиру, превращая пустые стены в дом. Петя и Маша проснулись раньше меня и теперь о чем-то увлеченно шепчутся в гостиной. Неделя. Целая неделя с тех пор, как они вернулись ко мне. Самая счастливая неделя в моей новой жизни.