Книга Измена. Мой бывший - твой худший кошмар, страница 69 – Ева Найт

Она обнимает меня на секунду, берёт сумку и уходит. Я слушаю, как закрывается лифт, потом возвращаюсь на кухню. На столе образцы тканей, расчёт аренды и папка по разделу. Сажусь работать, но перечитываю одну строку пять раз.

Звонит Андрей. Я рассказываю, куда поехала Полина.

— Хочешь, я приеду? — спрашивает он.

— Хочу, — отвечаю я. — Но сначала нужно закончить звонок с поставщиком. А то совсем перестану соображать.

Он приезжает через час. Мы проверяем предложение по технике, и я наконец могу сосредоточиться на конкретных цифрах. Андрей дважды останавливает меня, когда я пытаюсь посчитать только первый платёж и забываю остальные. Я огрызаюсь, потом сама возвращаюсь к строке. Ему тоже непросто сидеть рядом с моей тревогой и не управлять ею.

К вечеру он уезжает на встречу. Полина возвращается спустя полчаса. Снимает обувь, ставит сумку на пол и долго не проходит дальше. Я подхожу к ней, не спрашивая сразу.

— Он сначала был как раньше, — говорит она. — Даже спросил, ела ли я. Хотел заказать мне пирог. Помнишь, он всегда после занятий мне что-нибудь покупал?

Киваю. Помню. Девочка выходит из машины с коробкой и довольным отцом. Мне трудно удержать это воспоминание рядом с её нынешним лицом.

Мы идём на кухню. Полина садится на тот же стул, где читала документы. Я ставлю воду, не пытаюсь накормить немедленно. Сейчас от заботливого предложения её может снова прорвать.

— Он говорил про студию, — продолжает она. — Как гордился, что я открыла. Что без него ничего бы не было. Я сначала думала, он вспоминает. Потом поняла, что опять объясняет, сколько я ему должна.

Она вытирает глаза ладонью, сердится и берёт салфетку.

— Я показала письмо. Спросила: ты сам велел проводить эти деньги? Он сказал, что это рабочие согласования. Что я не должна выдёргивать одно письмо. А когда я попросила объяснить всю цепочку, начал про тебя и Андрея.

Меня заливает злость. Даже с дочерью, перед своими распоряжениями, он нашёл способ обвинить меня.

— Что сказал? — спрашиваю я.

Полина морщится.

— Что ты воспользовалась проверкой, чтобы разрушить его жизнь. Что Андрей покупает нужные мнения. А я сижу и думаю: ну пусть даже он их ненавидит, при чём тут моё письмо? Там подпись его, сообщение его. Я спросила ещё раз. Он начал говорить, что я ничего не понимаю в бизнесе.

Она поднимает на меня глаза. В них такая усталость, что мне хочется закрыть эту тему навсегда. Но дочь ещё не закончила.

— Я сказала, что больше не буду его защищать. Ни перед проверяющими, ни когда знакомые спросят. Я расскажу, что знаю. Он сначала… — Полина замолкает, ищет слово. — Он испугался, мам. Я видела. Сразу спросил, что значит «не буду», разве я его больше не люблю.

Полина переворачивает телефон, чтобы больше не видеть просьбу отца. Я не предлагаю ответить. Разбираю со стола бумаги, оставляю возле неё только чай. Дочь ещё долго сидит на кухне, потом уходит в комнату. За закрытой дверью тихо. Я несколько раз останавливаюсь в коридоре и всё-таки не стучу.

Через неделю Виктор просит новую встречу. На этот раз через адвоката, в присутствии представителей. Он хочет уточнить свою роль и роль Полины. Дочь читает предложение на моём диване, поджав ноги.

— Опять хочет, чтобы я что-то сказала? — спрашивает она.