Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 19 – Саяна Горская

Это со­вер­шен­но лиш­нее от­кры­тие ли­ша­ет ме­ня ча­сти рас­суд­ка.

— И ка­кая же при­чи­на но­мер два? — Шеп­чу на вы­до­хе.

— Мне ста­ло ин­те­рес­но, кто так от­ча­ян­но пы­та­ет­ся до­зво­нить­ся мо­ей но­вой по­мощ­ни­це в ра­бо­чее вре­мя, — то­же по­ни­жа­ет го­лос Иван. Боль­шим паль­цем он про­во­дит по внут­рен­ней сто­роне мо­е­го за­пя­стья.

От это­го ко­рот­ко­го, но неж­но­го дви­же­ния по ру­ке до са­мо­го пле­ча про­бе­га­ет дрожь.

Ца­рен­ко за­ме­ча­ет, и в угол­ке его рта тут же по­яв­ля­ет­ся до­воль­ная усмеш­ка.

— Я очень жад­ный, Кра­са­ви­на. Не люб­лю де­лить­ся. А в ра­бо­чее вре­мя ты це­ли­ком и пол­но­стью моя.

Рез­ко дёр­гаю ру­ку на се­бя, и на этот раз он сра­зу от­пус­ка­ет.

От­сту­паю на шаг, вы­хва­ты­ваю те­ле­фон и при­жи­маю его к гру­ди, пы­та­ясь од­но­вре­мен­но вер­нуть ды­ха­ние и сде­лать вид, что ни­че­го не про­изо­шло.

— Ещё раз по­ле­зешь в мои ве­щи, оста­нешь­ся без паль­цев.

— Вот те­перь узнаю Кра­са­ви­ну. А то я уже ис­пу­гал­ся, что взрос­лая жизнь те­бя со­всем ис­пор­ти­ла, — под­ми­ги­ва­ет мне и раз­во­ра­чи­ва­ет­ся к сво­е­му ка­би­не­ту. — Ко­фей­ку при­не­си.

С раз­дра­же­ни­ем смот­рю на за­хлоп­нув­шу­ю­ся дверь ка­би­не­та.

Уду­шу га­да!

Но во­пло­тить меч­ту в ре­аль­ность не успе­ваю, по­то­му что те­ле­фон в мо­их ру­ках виб­ри­ру­ет от звон­ка.

На экране вы­све­чи­ва­ет­ся имя быв­ше­го му­жа.

Ма­рья.

Ро­ман уже си­дит за сто­ли­ком у ок­на, ко­гда я за­хо­жу в неболь­шое ка­фе че­рез до­ро­гу от офи­са.

Ме­сто вы­бра­ла я са­ма, ис­клю­чи­тель­но из прак­ти­че­ских со­об­ра­же­ний: обе­ден­ный пе­ре­рыв не ре­зи­но­вый, а тра­тить по­ло­ви­ну его на до­ро­гу ра­ди быв­ше­го му­жа в мои пла­ны со­вер­шен­но не вхо­дит.

Он да­же не вста­ёт, ко­гда я под­хо­жу. Толь­ко мель­ком смот­рит на ча­сы, по­том на ме­ня, и в этом ко­рот­ком дви­же­нии на­столь­ко при­выч­но чи­та­ет­ся оцен­ка, что я сра­зу на­пря­га­юсь.

— Ты хо­тел встре­тить­ся в пят­ни­цу.

— Соску­чил­ся. Не смог боль­ше ждать, — с яв­ной иро­ни­ей.

— У ме­ня де­сять ми­нут, Ром. Да­вай сра­зу к де­лу, лад­но?

— К че­му та­кая спеш­ка?

— Мне по­том на ра­бо­ту.

— Так ты на­шла ра­бо­ту? — Снис­хо­ди­тель­но улы­ба­ет­ся. — И где же тру­дит­ся моя до­ро­гая су­пру­га?

— Быв­шая су­пру­га. И те­бя боль­ше не ка­са­ет­ся, где я ра­бо­таю.

— М-да. Марь, те­бе са­мой не смеш­но? — Имен­но так он все­гда ре­а­ги­ру­ет на мои по­пыт­ки по­ста­вить гра­ни­цу: не злит­ся от­кры­то, а всем ви­дом по­ка­зы­ва­ет, на­сколь­ко неле­по вы­гля­дит моё со­про­тив­ле­ние. — Гос­по­ди, да ко­му нуж­ны твои тай­ны? Мо­жешь хоть об­ще­ствен­ные туа­ле­ты дра­ить, ес­ли те­бе так хо­чет­ся до­ка­зать свою са­мо­сто­я­тель­ность.

Паль­цы са­ми сжи­ма­ют­ся во­круг чаш­ки, но ли­цо оста­ёт­ся непро­ни­ца­е­мой мас­кой рав­но­ду­шия.

Ро­ман — ти­пич­ный пред­ста­вить ви­да энер­ге­ти­че­ских вам­пи­ров. Луч­шая под­пит­ка для него — ре­ак­ция.

Но я боль­ше не со­би­ра­юсь кор­мить со­бой это­го кро­во­пий­цу.

— Так мы встре­ти­лись, что­бы об­су­дить мою ка­рье­ру?

— Нет, — сжи­ма­ет он гу­бы в тон­кую ли­нию. — Я хо­чу об­су­дить на­шу дочь.

— А что не так с Ва­рей?

— А ты не зна­ешь?

— Ро­ман, не на­чи­най. Ес­ли что-то слу­чи­лось, го­во­ри пря­мо.