Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 122 – Саяна Горская

— Не на­до. Не сей­час, — под­жи­маю гу­бы. Под­би­ваю его нос­ком туфли по бо­тин­ку. — А зна­ешь, те­бе да­же идёт.

— Зе­лё­ный?

— Лео­пард.

— Кра­са­ви­на, осто­рож­нее. — Улыб­ка воз­вра­ща­ет­ся. — Ещё немно­го, и я ре­шу, что ты сно­ва со мной флир­ту­ешь.

— Не порть мо­мент.

— Мол­чу, — вски­ды­ва­ет он ру­ки. — Мо­жет быть, мы за­слу­жи­ли мо­ро­же­ное?

— Толь­ко ес­ли ты уго­ща­ешь.

— Кра­са­ви­на, ра­ди та­ко­го ве­че­ра я го­тов ра­зо­рить­ся.

Де­воч­ки ра­дост­но под­дер­жи­ва­ют пред­ло­же­ние, и че­рез ми­ну­ту мы уже идём к вы­хо­ду вчет­ве­ром. А мне боль­ше со­вер­шен­но не хо­чет­ся дер­жать­ся от Ива­на по­даль­ше.

Ма­рья.

По­сле кон­цер­та ни­кто не хо­чет ехать до­мой.

Осо­бен­но де­воч­ки.

Ва­ря всё ещё на та­ком подъ­ёме по­сле вы­ступ­ле­ния, что го­во­рит по­чти без оста­нов­ки, пе­ре­ска­ки­вая с од­но­го мо­мен­та на дру­гой, Со­ня пе­ре­би­ва­ет её, до­ка­зы­вая, что из за­ла всё вы­гля­де­ло ещё кру­че, а по­том они обе об­суж­да­ют, кто имен­но при­ду­мал зе­лё­ных лео­пар­дов и ко­му при­над­ле­жит боль­шая часть твор­че­ско­го за­мыс­ла. Иван идёт ря­дом с ни­ми, дер­жа под мыш­кой свёр­ну­тый пла­кат, и пе­ри­о­ди­че­ски вме­ши­ва­ет­ся ис­клю­чи­тель­но для то­го, что­бы при­сво­ить се­бе ав­тор­ские пра­ва.

— Во­об­ще-то без мо­е­го ор­га­ни­за­ци­он­но­го та­лан­та ни­че­го бы не по­лу­чи­лось.

— Ты толь­ко бук­вы пи­сал, — немед­лен­но воз­му­ща­ет­ся Со­ня.

— И ма­ши­ну вёл.

— Это не счи­та­ет­ся.

— По­ку­пал грим?

— Я вы­би­ра­ла.

— Фи­нан­си­ро­вал про­ект… — взды­ха­ет Иван. — Вот так все­гда. Муж­чи­на вкла­ды­ва­ет ка­пи­тал, обес­пе­чи­ва­ет ло­ги­сти­ку, а по­том его вы­чёр­ки­ва­ют из ис­то­рии.

Улы­ба­юсь от од­но­го лишь взгля­да на него.

Зе­лё­ных то­чек на ли­це ста­ло мень­ше: часть стёр­лась от при­кос­но­ве­ний, часть раз­ма­за­лась, за­то огром­ная на кон­чи­ке но­са по-преж­не­му дер­жит­ся с за­вид­ным упор­ством.

Не­ле­пый. Вз­рос­лый му­жик, вла­де­лец ком­па­нии, ко­то­рый се­го­дня при­шёл в кон­церт­ный зал рас­кра­шен­ным под лео­пар­да толь­ко по­то­му, се­ми­лет­ней де­воч­ке бы­ло страш­но вы­хо­дить на сце­ну зе­лё­ной!

И я люб­лю его.

Мысль боль­ше не пу­га­ет, не тре­бу­ет ана­ли­за, не вы­зы­ва­ет при­выч­но­го же­ла­ния немед­лен­но най­ти де­сять при­чин, по­че­му это пло­хая идея.

Она про­сто есть.

По­сле кон­цер­та мы спус­ка­ем­ся к на­бе­реж­ной.

Ве­чер тёп­лый, во­да бле­стит меж­ду де­ре­вья­ми, вдоль па­ра­пе­та гу­ля­ют лю­ди, кто-то си­дит на ла­воч­ках с ко­фе, де­ти ка­та­ют­ся на са­мо­ка­тах. Ва­ря с Со­ней убе­га­ют впе­рёд.

Я иду ря­дом с Ива­ном, не ка­са­ясь, и слиш­ком хо­ро­шо ощу­щая эти несчаст­ные де­сять сан­ти­мет­ров меж­ду на­ши­ми ру­ка­ми.

Не­де­лю на­зад мне ка­за­лось, что рас­сто­я­ние необ­хо­ди­мо. Что толь­ко так я сно­ва смо­гу нор­маль­но ды­шать, ду­мать, при­ни­мать ре­ше­ния без чу­жо­го вли­я­ния. Иван дал мне его ров­но столь­ко, сколь­ко я по­тре­бо­ва­ла, и ока­за­лось, что сво­бо­да от него ощу­ща­ет­ся со­всем не так, как сво­бо­да от Ро­ма­на.

С Ро­ма­ном я на­ко­нец по­лу­чи­ла воз­мож­ность жить.

Без Ива­на про­сто ста­ло пу­сто.

— Цве­ты! Мо­ло­дой че­ло­век, ку­пи­те де­вуш­ке цве­ты!

Го­лос за­став­ля­ет по­вер­нуть го­ло­ву.