Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 113 – Саяна Горская

— Ни о ка­ких тан­цах и ре­чи не идёт, — об­ра­ща­ет­ся она уже к Ва­ре. И этим под­пи­сы­ва­ет при­го­вор.

Дверь за вра­чом ещё не успе­ва­ет за­крыть­ся, как Ва­рю­ша за­ка­ты­ва­ет ис­те­ри­ку. Сна­ча­ла ти­хо под­вы­ва­ет се­бе под нос, по­том за­хлё­бы­ва­ет­ся в сле­зах.

И я пла­чу вме­сте с ней от бес­си­лия, от невоз­мож­но­сти хоть как-то по­вли­ять на си­ту­а­цию.

— Мам, ну нет… Мам, по­жа­луй­ста! Я долж­на тан­це­вать.

— Ва­рюш… — при­са­жи­ва­юсь к ней на ди­ван.

— Это моё пер­вое со­ло!

— Я знаю.

— Мы столь­ко ре­пе­ти­ро­ва­ли! И ко­стюм ку­пи­ли! Я всё умею, я во­об­ще ни ра­зу не про­пу­сти­ла за­ня­тия! По­че­му сей­час?!

От­ве­та у ме­ня нет.

По­то­му что ви­ру­су пле­вать на рас­пи­са­ние?

По­то­му что жизнь во­об­ще об­ла­да­ет от­вра­ти­тель­ной при­выч­кой бить имен­но то­гда, ко­гда ты на­ко­нец на­чи­на­ешь ве­рить, что всё на­ла­жи­ва­ет­ся?

Это всё слиш­ком взрос­лые от­ве­ты. Да и не от­ве­ты это во­все — так, фи­ло­соф­ские рас­суж­де­ния ра­ди соб­ствен­но­го успо­ко­е­ния. И они вряд ли удо­вле­тво­рят Ва­рю.

— Мо­жет, успе­ешь по­пра­вить­ся, — шеп­чу ти­хо до­че­ри, хо­тя са­ма по­ни­маю, что вряд ли.

— Не успею! Че­рез три дня вы­ступ­ле­ние!

Она за­кры­ва­ет ли­цо ла­до­ня­ми. Ма­лень­кие пле­чи­ки со­тря­са­ют­ся от ры­да­ний. И мне боль­но за неё так, что ма­те­рин­ское серд­це рвёт­ся из гру­ди.

Об­ни­маю, при­жи­маю её к се­бе, и Ва­ря пла­чет у ме­ня на ру­ках так от­ча­ян­но, буд­то вме­сте с этим несчаст­ным со­ло ру­шит­ся вся её ма­лень­кая жизнь.

На­вер­ное, сей­час для неё так и есть.

Поз­же я уса­жи­ваю её пе­ред те­ле­ви­зо­ром, на­де­ваю ста­рую фут­бол­ку и об­ра­ба­ты­ваю вы­сы­па­ния. Ва­ря вор­чит, что зе­лён­ка вы­гля­дит ужас­но, по­том сно­ва вспо­ми­на­ет про со­ло и опять пла­чет. Я успо­ка­и­ваю, обе­щаю на­пи­сать тре­не­ру, рас­ска­зы­ваю, что ко­стюм ни­ку­да не де­нет­ся и обя­за­тель­но при­го­дит­ся.

Всё пра­виль­но, ра­зум­но и…

Аб­со­лют­но бес­по­лез­но…

Да­же ко­гда Ва­ря на­ко­нец за­сы­па­ет на ди­ване, укрыв­шись пле­дом до са­мо­го но­са, я оста­юсь ря­дом. На жур­наль­ном сто­ли­ке ле­жат ис­поль­зо­ван­ные ват­ные па­лоч­ки и ба­ноч­ка зе­лён­ки.

На ли­це Ва­ри несколь­ко яр­ких то­чек, на шее ещё боль­ше, и мне ста­но­вит­ся так жал­ко и её, и се­бя.

Сно­ва на­ка­ты­ва­ют слё­зы. Я да­же не осо­бо по­ни­маю, в чём ис­тин­ная при­чи­на мо­их стра­да­ний — в со­рван­ном вы­ступ­ле­нии до­че­ри или же в том, что вся моя жизнь стре­ми­тель­но ле­тит под от­кос.

Ну се­рьёз­но?

Пла­кать из-за вет­рян­ки?

Дочь здо­ро­ва, ни­че­го страш­но­го не слу­чи­лось. Это все­го лишь дет­ская ин­фек­ция. Пе­ре­бо­ле­ет и за­бу­дет. Так что со­бе­рись, тряп­ка! Возь­ми се­бя в ру­ки и пе­ре­стань хны­кать!

Толь­ко я по­че­му-то не мо­гу пе­ре­стать.

Я пла­чу, по­то­му что Ва­ря ле­жит несчаст­ная и про­пус­ка­ет пер­вое вы­ступ­ле­ние, ко­то­ро­го жда­ла так дол­го. По­то­му что Ро­ман спо­со­бен в лю­бой мо­мент сно­ва на­чать вой­ну и я по­ня­тия не имею, на­сколь­ко да­ле­ко он го­тов зай­ти. По­то­му что каж­дый день при­хо­дит­ся до­ка­зы­вать са­мой се­бе, что я справ­люсь, хо­тя вре­ме­на­ми мне хо­чет­ся про­сто лечь ря­дом с до­че­рью, на­крыть­ся тем же пле­дом и боль­ше ни­че­го не ре­шать.