Книга Твое сердце будет разбито, страница 203 – Анна Джейн

Я взяла ее за руку и крепко сжала.

— Перестань себя накручивать. Ладно? Если сомневаешься, спроси Леху, что он чувствует к тебе, а что — к бывшей? Он резкий и эмоциональный, но он хороший. Я уверена, что Леха неспособен на подлости и измены. Просто поговори с ним, ладно? Нужно разговаривать, чтобы не было недопониманий. И не бойся подойти к нему первой, даже если поссорились. Не иди на поводу у своей гордости.

— Ты ж мой психолог, — с благодарностью улыбнулась Дилара.

Она пришла в себя, мы вместе сходили в туалет, по дачной традиции стоящий в самом конце участка, умылись, привели себя в порядок и вернулись на кухню тогда, когда горка блинчиков стала внушительной. Мы помогли Рите приготовить бутерброды, нарезали салат, накрыли стол в беседке и позвали парней, которые втроем смотрели какой-то стрим, где парень рубился в новую видеоигру. Леха выглядел обычным — громко говорил, шутил, смеялся, но с Диларой они почти не разговаривали. Обиделись друг на друга. Но я подумала, что эти двое решат все недомолвки. Слишком уж они классная пара.

Домой мы поехали в обед, хотя, честно сказать, уезжать с дачи не хотелось. Хотелось остаться в этом тихом солнечном месте, в окружении золотых берез, рябин с алыми ягодами и сосен, некоторые из которых росли прямо на участках. Здесь я нашла умиротворение и окончательно поняла, что Дима не просто дорог мне. Это не просто симпатия или страсть, это нечто более глубокое и яркое.

Наверное, это любовь.

Я думала об этом с замиранием сердца. А еще, сидя в электричке рядом с Димой и прижимаясь к его плечу, я думала о том, как мы вместе уедем из этого города. Вдвоем. Он и я.

И мне снова казалось, что я счастлива.

На станции мы попрощались и разошлись по парам. Уже уходя, я оглянулась на Дилару и Леху — они снова о чем-то тихо спорили. Она сказала ему что-то резкое, и он, нахмурившись, пошел вперед. Ей пришлось его догонять. Неужели опять ссорятся?

— Леха тебе ничего не говорил? — спросила я Диму, когда они скрылись из виду. Мы, в отличие от них, держались за руки.

— А что должен был сказать? — приподнял он бровь.

— Про бывшую.

— Мы не разговариваем про его бывшую.

— Он ничего к ней не чувствует? — осторожно поинтересовалась я.

Дима удивленно на меня взглянул.

— А я откуда знаю?

— Ну он же твой друг! Вы же наверняка обсуждаете девчонок! — воскликнула я.

— Обсуждаем. Но поверь, тебе не захочется знать, что именно, — рассмеялся он.

— То, что вы оба пошляки, для меня не открытие, — невольно улыбнулась я. Мальчишки иногда бывают просто невозможными в своих обсуждениях женского пола. Все такие крутые и дерзкие, с опытом, как у Казановы. А на самом деле внутри ранимые и тающие от простых поцелуев.

— Почему ты вообще об этом спрашиваешь? — спросил Дима.

— Кажется, Дилара ревнует его к бывшей, — призналась я. — Ты разве ничего не заметил?

— Нет. А что должен был заметить?

— Ты серьезно? Ничего не понял?

— Я, по-твоему, экстрасенс?

Я едва не закатила глаза. Как и многие парни, Дима порою бывал до невозможности невнимательным! Не замечал намеки, детали и незначительные, но важные изменения. Для него не существовало полутонов — только черный, белый и красный.

— Лехе пишет бывшая и присылает фото. Дилара случайно узнала, когда взяла его телефон. Теперь они тихо ссорятся.