Книга За руку с ветром, страница 340 – Анна Джейн

— Чем занимаешься-то? – спросила библиотекарь у худой женщины.

— Экстрасенс она, – вмешалась парикмахер. – Гадалка по-простому.

— Да ну? – скептически посмотрела на затянувшуюся сигаретой экстрасенса скептически настроенная ко всему необычному и мистическому Василиса Петровна. Двадцать пять лет назад о таком сестры даже не заикались.

— Ну да, – выдохнула дым изо рта женщина. – А что?

— Не верю я во все это, – заявила ей библиотекарь. – Да у нас каждый второй экстрасенс. Вот ты что умеешь делать-то?

— Будущее вижу. Прошлое, – нехотя сказала гадалка.

— Ага, видит, – радостно подтвердила ее сестра. – Василиска, правда, видит же! Дар у нее.

— Дар деньгу у людей высасывать? – хохотнула библиотекарь. – Ну-ка, скажи мне что-нибудь?

— Ты же не веришь, – устало взглянула в ее глаза гадалка и поежилась от порыва ветра, который принес ей одни ведомые запахи – ноздри женщины едва заметно стали раздуваться.

— А ты скажи, вдруг поверю? – не могла успокоиться Василиса Петровна. – Ну, давай же! Про будущее, так и быть, не говори, а вот про прошлое можешь и сказать. Я-то точно знаю, что у меня в прошлом было.

— Скажи ей, – радостно сказала парикмахер, обращаясь к сестре.

— Скажу. – На мгновение гадалка прикрыла глаза, ловя ноздрями новый поток запахов, а потом задумчиво произнесла: – Вижу, стоишь ты около окна открытого и смотришь вниз. А там много-много людей. Совсем еще молодых. Вижу, рука твоя тянется к телефону, и ты зачем-то в милицию звонишь. И зачем? Чего они тебе плохого-то сделали? Просто молодежь собралась.

Василиса Петровна от неожиданности побурела и мелкомелко затрясла подбородком.

— Это… ты… откуда знаешь-то? – пробормотала она, изумленно мигая. «Неизвестным, пожелавшим остаться неизвестным», действительно была самая лучшая, по словам Дэна, библиотекарь в мире. Она действительно позвонила в полицию, подумав, что наглые подростки около стен родного университета затевают драку. То, что они желают поздравить их общего друга-приятеля и ее любимчика Дэна, подозрительной женщине и в голову не приходило.

— Так экстрасенс же она, говорю тебе, – радостно вмешалась одноклассница Василисы Петровны. – А ты зачем в милицию звонила-то? Случилось что?

— Так судьбе было угодно, – туманно изрекла гадалка, поплотнее закуталась в свой платок и хрипловато засмеялась, увидев на асфальте камешки и травинки, причудливо собравшиеся в букву «с».

На набережной, один за одним, зажглись круглые фонари, и в реке отразились десятки искусственных лун. Настоящая луна, полная, женственная, мерцающая в полупрозрачных тончайших одеяниях из облаков, появилась в речной глади только ближе к полуночи.

Если меня попросят описать этого человека, я, не задумываясь, тут же скажу все, что о нем думаю, мало того, я сделаю это с непередаваемым удовольствием. Бестактный, наглый, противный тип с идиотским чувством юмора и завышенной самооценкой. У него дурацкая улыбка, которую все девчонки находят обворожительной, детские ямочки на щеках, глупая татуировка прямо на шее и дар выводить из себя нормальных и порядочных людей. В голове у него ветер, на уме – гормональные глупости, а язык этого парня – самый главный враг как его самого, так и тех, кто находится рядом. Одним словом, он – первостепенный болван и невежа. Кретин, короче, редкий.