Книга За руку с ветром, страница 224 – Анна Джейн

Бабушки осуждающе покосились на своего собеседника.

— Ох, и глупость ж ты несешь, пень старый. А как же Виталик?

— Виталик? – удивился тот.

— Так это ж и есть Виталикова невеста. А с другим обжимается! – торжественно сообщила Васильевна, с удвоенной скоростью щелкая семечки.

— Так это что ж получается, Танька-то не старая дева, а шалава? – выдохнула ее подруга. – Ах ты, выдра бесстыжая! И с тем, и с другим крутишь?! – погрозила она сухоньким кулачком, обращаясь к Тане, словно девушка могла услышать ее.

— Не может быть. – Круглыми глазами уставился на заходящую в подъезд парочку и дед. – Во дела.

— Бедный Виталик, – наперебой стали сокрушаться старушки. На их глазах происходила драма. Будет теперь, о чем поговорить!

Не подозревая о дворовых пересудах, Черная Челка зашел следом за Татьяной в подъезд, в котором, в отличие от улицы, было не душно, а прохладно, и стал подниматься на третий этаж.

— Проходи, – распахнула дверь перед парнем Таня, которой не особо хотелось общаться с этим ее мужским антиидеалом. – Стой тут, я тебе сейчас принесу рубашку.

Эта была ее фатальная ошибка. Нет, ничего особенного не произошло: Влад не ворвался в комнату, с жаром обнимая девушку, прижимая к стеночке и признаваясь в неземной любви, и Таня не воспылала к гостю чувствами и не бросилась на него с ногами, и даже клетчатая рубашка не потерялась – она, аккуратно сложенная, спокойно дожидалась хозяина в шкафу. Все было совсем иначе, но, однако, с не меньшим эмоциональным накалом.

Просто в тот момент, когда Челка, повязавший рубашку вокруг пояса, попытался открыть дверь, та не поддалась, и они оказались запертыми в квартире. Замок на двери Татьяны был хоть и новым, но крайне вредным, как шутила ее мама, весь в хозяйку. Несколько раз он заедал, а недавно так вообще перестал открываться изнутри, и дверь пришлось отпирать снаружи ключом. Отец поковырялся в замке, и тот вроде бы стал функционировать нормально, однако в этот момент вновь дал сбой.

— Не открывается, – подергал дверь за ручку удивленный Челка. – Слушай, открой сама, а? Я в твой замок не въезжаю.

У Тани, впрочем, тоже ничего не получилось. До нее дошло, что с замком вновь случилась беда.

— Не-е-ет, – простонала она устало. – Его заклинило. Нет, нет!

— Как это заклинило? – тупо переспросил Челка. – Ты, детка, так со мной не шути, я сегодня на фест еду, открывай, давай. Это, знаешь ли, серьезное мероприятие.

Девушка предприняла еще одну безуспешную попытку, и еще одну, и еще, вскоре передав эстафету по открытию замка Челке, но все было тщетно. Замок ни в какую не желал открываться.

— И что делать? – спросил Челка тоскливо, сев на корточки.

— Надо, чтобы снаружи кто-то открыл ключом.

Девушка задумалась. Ключи были у родителей, сестры и брата. Родители отдыхали на южном курорте, брат трудился на подработке, однако сестра-школьница была свободна. Ей-то девушка решила позвонить. Но, как назло, оказалось, что мобильник сестры отключен.

— Господи, сколько проблем-то, – нервным движением убрала темные волосы за спину девушка. – Ну а что ты стоишь? – обратилась она к Челке, сидевшему под злосчастной входной дверью. – Проходи. Будем ждать, когда я сестре дозвонюсь.

Парень хмыкнул, снял кеды и прошел в единственную, но просторную и красивую комнату, разглядывая ее убранство. Светлый диван, усыпанный подушками разных цветов и форм, низкий журнальный столик с ноутбуком, шкаф из белого дерева в углу, в тон ему кажущийся игрушечным будуар, ряд металлических полочек на стене – с книгами, безделушками и сувенирами. В комнате преобладали теплые цвета сдержанных тонов: красный, оранжевый, розовый, лавандовый, светло-желтый. Стены – однотонные, нежно-персиковые. Вместо двери – резная арка, вместо привычного Челке балкона – шикарная застекленная лоджия. Таких парень никогда раньше не видел. Окна лоджии были искусно занавешены желтой и красной органзой, сложенной в несколько раз, и это создавало эффект воздушности. Пол был застелен ковром с восточным узором, на котором, как и на диване, в живописном порядке раскидано было множество расшитых разноцветными нитями ярких подушек разных форм. У стены стоял невысокий столик, а на нем гордо высился кальян. Лоджия казалась комнаткой в настоящем индийском доме.