Книга За руку с ветром, страница 221 – Анна Джейн

— В августе, – лениво ответила Татьяна.

И девушка быстрым шагом направилась во двор тридцать пятого дома, надеясь застать мотоцикл объекта ее обожания там. Если он действительно угнан, она поможет Смерчу найти свой любимый личный транспорт. А если он и вправду одолжил его какому-то другу, она сможет познакомиться с ним и, кто знает, вдруг это поможет ее общению со Смерчинским? Таня давно решила, что нужно использовать все шансы. Лучше знать, что ты сделал все, что мог, хотя пусть ничего и не получилось, нежели думать об упущенных возможностях. Кто не рискует, тот не пьет шампанское!

— Погодь, Петровна, так на мотоцикле же Лешкин сын проезжал, из восемьдесят второй, – вспомнила пожилая женщина, закутанная в расписной платок. – Как его… Виталик.

— А-а-а, этот, что ли? Точно, Васильевна, точно. Ничего себе Виталик! – возмутилась ее подруга, поняв, о ком та говорит. – Когда уже он Виталиком-то перестал быть? Десять лет назад? Вымахал два метра ростом, в плечах две сажени косые.

— Ладный парень, – мелким дребезжащим смехом захихикала вторая старушка, плотнее кутаясь в свой платок. – С мозгами только не дружит. Волосы, как у бабы, до спины. Косынкой повязаны с черепушкой. Борода. Куртки, металлом обвешанные, хоть снимай и в металлолом сдавай. И со своим мотоциклом все волохается, как дурачок. Валентина Павловна рассказывала, что он с такими же мужиками на мотоциклах по городу ездит ночами. Говорит, они – буйкеры.

— Байкеры, Петровна, – поправила подругу вторая бабушка, хищным взором оглядывая двор. Татьяна спешила к тридцать пятому дому, только пятки сверкали. – Это молодежная культура такая, когда мотоцикл дороже отца родного.

На лица двух почтенных дам упала тень – к их лавочке приблизился, опираясь на палочку, грузный дед с пышными седыми усами и веселыми глазами.

— Здорово, девчонки! – радостно сказал он и уселся на лавочку третьим.

— И тебе привет, мальчишка, – сощурилась Васильевна. – Как твой юный радикулит поживает?

— Хорошо поживает, не беспокоит пока, – отозвался мужчина, выставляя вперед трость и опираясь на нее обеими руками. – Че трем? – воспользовался он сленговым словечком внука-подростка.

— Я морковку терла сегодня, – тут же ответила Петровна. – С утреца сделать решила чафан. Зять после смены придет, поест.

— Да я не про это! – расхохотался весело дед. – О чем разговор ведем?

— Про внука твоего друга разговариваем. Про Виталика из восемьдесят второй, – поведала, не переставая лузгать семечки, Васильевна. – Невесту мы его видели.

— Невеста – это хорошо, – сказал их собеседник. Внук его друга, тот самый неведомый байкер действительно собрался жениться в самом скором времени. – И какая она? Говорят, хороша девка, фигуристая.

— Да не такая уж она и фигуристая. Тут есть, – провела она рукой перед собой, очерчивая, видимо, грудь. А тут нету, – похлопала она себя по бедру.

— Да у вас вечно нигде ничего нету, – отмахнулся дед. – Вас послушать, у нас в районе вообще никого нормального нет, одни уроды, морально-физические живут. Добрее нужно быть, девочки, э-эх, – махнул он рукой.

— А чего, у Виталика свадьба? – пристали к нему пожилые женщины, желающие все знать. – Когда? Родители-то не против? Да не его, его-то и рады сбагрить хоть кому-то, товар застоявшийся, а ее родители? За такое чучело выходить.