Книга За руку с ветром, страница 163 – Анна Джейн

— На вечере веди себя хорошо. Помни, что ты леди, а не шалава, – сказал Никита, мигом разрушив хрупкую романтическую иллюзию. Девушка тут же обозлилась. Очарование момента вмиг рассеялось. Вообще он ошизел? Укропа что, дядей Петрушкой теперь называть?

Кларский не замечал обиды на лице своей спутницы, у него были другие заботы, кроме того, чтобы следить за чьим-то настроением. На самом деле Ник не хотел идти в это буржуйское, лоснящееся внешним шиком место, в последнее время он был на нервах – слишком много проблем взвалилось на парня. Но сегодня нужно было встретиться с Андреем.

— Придешь со своей крошкой Никой. Пришла пора тебе посвятиться в высшем обществе, олень, – сказал он Никите по телефону. – Сегодня все наши проблемы разрешатся.

— Понял. Буду. А без нее можно?

— Можно, но не нужно. Хочу увидеться с невесткой, – отозвался старший брат. – И с тобой ради разнообразия. Для тебя есть дело, выполнишь. Пригласительные тебе привезут домой в восемь. В десять будь на месте. Проследи за прикидом. Чтобы было на уровне. Все понятно объясняю? В одиннадцать я тебя найду, пообщаемся, братишка.

Из-за этого разговора Никита нервничал еще больше, поэтому молчал – чтобы не сорваться окончательно на сидящей рядом с ним девчонке, изредка поглядывающей на него недовольными голубыми глазами. Она и так раздражала своим поведением. В такой ответственный момент взяла и свалила, чтобы пофлиртовать в лесу с очередным придурком, на лбу которого так и светилась надпись: «Фраер».

Они, не разговаривая и не глядя друг на друга, приехали домой к Нике, но в квартире, по которой витал игривый аромат свежей выпечки, и парня, и девушку ожидал сюрприз – неожиданно вернувшиеся Карловы-старшие. Едва ничего не подозревающие Ники переступили порог квартиры Карловых, как в лоб Никите чуть не прилетел старый стоптанный ботинок, выпавший из рук стоявшего на табуретке невысокого пухленького субъекта с бородкой и залысинами. Он явно пытался найти что-то на антресолях, но, кажется, его поиски были неудачными.

Только отменная реакция спасла опешившего Кларского от синяка или других повреждений на лица. Он резко уклонился, и ботинок упал на пол, стукнувшись о дверь.

— Упс, прошу прощения, – сказал мужчина, с пыхтением слезая с высокого табурета. В руках его был зажат второй ботинок – точный близнец того, что едва не ударил Никиту. Еще несколько пар разнокалиберной обуви и какие-то выпавшие сверху коробки и свертки в живописном порядке валялись на полу. Видимо, мужчина был очень «ловким».

— Папа?! – удивленно выкрикнула не ожидавшая увидеть отца дома Ника. – А вы разве не на даче должны быть?

— Должны. Но нам позвонили Орловы и позвали завтра на рыбалку. Теперь я ищу свой спиннинг, чтоб его, – добродушно ответил мужчина. – Молодой человек, я вас там не покалечил? Я боевой малый, могу ударить и не заметить. – И папа Ники громогласно расхохотался, довольный своей шуткой. Он был ниже Ника головы на полторы и шире раза в два.

— Не покалечили, – отозвался Никита, взглядом спрашивая у девушки, что происходит? Она, правда, и рта не успела раскрыть, как ее папа важно спросил:

— А вы рыбалку любите? Я вот очень. А друг мой, Иван Игнатьич Орлов – мы его графом Орловым зовем между собой – просто обожает. И меня приучил к ней.