Книга Кавказский брак. Нелюбимая, страница 69 – Элен Блио

А потом Рахимат напомнила мне про дочь Елены.

— Эта маленькая шармута еще и осмеливается учиться! Она должна страдать, как и её отец. Разори его и забери девчонку. На ней можешь выместить всю свою злобу.

Помню, как увидел её впервые. Как сжалось всё внутри. Шум в голове был, звон. Не мог понять, что со мной.

Потом посчитал, что это ненависть.

Я должен был ненавидеть.

Я так думал.

Но как же сладко было её любить.

Лгать себе, обманывать, притворяться… и любить.

А потом… сорвало предохранители.

Все заслоны смыло к чертям, к демонам.

Всё исчезло.

Остались только её глаза. Глаза, в которых я утонул на маковом поле.

Глаза, провалившись в которые я понял, что больше не могу себе лгать.

И больше не хочу ненавидеть.

Я хочу её любить.

И каким ударом было узнать, что она сбежала! После всего – сбежала!

Тётка плевалась ненавистью. Эльмира смотрела с жалостью, как на того, которого публично унизили, опустили.

На какие-то мгновения вернулась вся та ярость, которую во мне взращивали годами.

Я допустил ошибку. Оставил тогда Алию одну. Я убрал из дома всех, заставил уехать. Был уверен, что меня послушают.

Наивный.

Какое счастье, что я успел тогда.

Какое счастье, что успел сейчас…

Алия со мной. Она рядом.

Снова сижу у её кровати сцепив ладони у лица.

Молюсь всевышнему. Прошу помощи и защиты. Прощу прощения за всё то, что сотворил.

Клянусь, что стану другим.

Больше никогда не посмею обидеть мою любимую.

Даже если придя в себя она скажет мне, чтобы я ушёл навсегда.

— Осман?

— Алия… девочка моя.

— Осман, пить хочу, дай воды, пожалуйста.

— Да, конечно…

Беру с тумбочки бутылку, наливаю ей.

— Почему я опять в больнице? – смотрит непонимающе. – Меня же выписали давно, и… Что с нашим малышом?

Нашим! Алия сказала нашим!

— Всё хорошо, милая, всё должно быть хорошо.

Она испуганно кладёт руки на живот. И тут же улыбается умиротворённо.

— Шевелится! Хочешь… хочешь потрогать?

— Хочу.

— Иди ближе, сядь…

Сажусь на кровать, кладу руки на её ладони. Она маленькая, крохотная, может быть слишком крохотная для того, чтобы выносить моего сына.

Или дочь. Это меня пугает. Что я могу сделать? Только найти лучшую клинику, лучших докторов. Но, кажется, Алия и без меня всё нашла.

— Осман, а кого ты хочешь больше? Мальчика или девочку?

— Хочу, чтобы с тобой всё было хорошо. А кто родится – не так важно. Это будет наш ребёнок. Я буду счастлив, в любом случае.

— Я не представляю, что будет если родится девочка.

— Почему? – я удивляюсь её словам. – Разве я против?

— Нет, просто мне кажется ты сойдёшь с ума, когда она вырастет и за ней начнут увиваться знойные горцы.

Алия смеётся!

После всего, она находит силы смеяться!

Опускаю голову на её живот, прижимаюсь, вдыхая родной аромат, к которому примешивается запах гари.

— Ты… ты сильно испугался? – она о другом уже, и я понимаю о чём.

— Я чуть не умер, когда понял, что она там и что она собирается сделать. А ты? Ты испугалась?

— Да, мне было очень страшно.

— Прости меня, любимая.

— Мне было страшно. Я боялась того, что не успею сказать тебе как сильно люблю, как сильно хочу, чтобы ты был рядом. Как сильно хочу родить тебе детей.

— Алия…

— Всё прошло. Теперь никто никогда не встанет между нами, да?

— Я не позволю.

— И я… я тоже не позволю. Я люблю тебя.