Книга Развод. Ведьмы не стареют, страница 38 – Элен Блио

Получается, я сама боялась правды?

Может Иван прав?

Я сознательно жила во лжи? Строила идеальный мир, и сама себя обманывала этим? Запрещая правду?

Откидываюсь на спинку стула, на котором сижу.

— Текилу.

— Прекрасный выбор, Янина.

Его глаза загораются огнём, он ощеривается, становясь похожим на волка, на хищника.

Честно, я бы не удивилась если бы сейчас он начал перекидываться в зверя.

Вожак стаи. Самец. Альфа.

И я... одинокая волчица, которой нужна его помощь.

Стопка. Лайм. Соль на моей коже.

Будоражит.

Словно это не просто спиртной напиток, это зелье, которое перенесёт меня в другое измерение.

Выпиваю залпом, слизываю соль, рву зубами лайм.

Я готова к войне.

Беспощадной.

Выжечь всё дотла.

25.

Как же болит голова.

Чёрт. Мутит.

Зачем я...

Затем. Конечно.

Что еще делать, когда твоя жизнь рассыпалась как карточный домик? Конечно же напиться!

Но у меня, естественно, нет планов превращаться в алкоголичку. Ведь нет же?

Черт, мне даже думать больно. И мутит.

Надо как-то встать и добраться до ванной комнаты.

Кстати, как я вообще добралась до дома? И... мой ли это дом?

Разлепляю глаза с трудом, вокруг темно, но сквозь тонкую щель в шторах блэкаут пробивается светлый, сияющий луч.

Спальня большая, но я не узнаю её.

Где я, чёрт возьми?

С трудом поворачиваю голову, и вижу, что на другой половине кровати кто-то лежит.

Кто-то большой, укрытый одеялом почти с головой.

Это мой муж? Почему я уверена, что нет?

Чужой мужчина?

Черт... чёрт.

Это... плохо. Совсем плохо.

Я пытаюсь встать, но это не так просто.

Голова кружится дико, кажется, это называют вертолёт? У меня похмелье или нет?

Или я просто всё еще пьяная?

Мысль об этом вызывает дикую тошноту, и я понимаю, что если не хочу опозориться мне нужно быстро встать и найти ванную комнату.

Боже, что я натворила?

С трудом сползаю с кровати, чувствуя, как трясутся ноги.

Я когда-то была такой пьяной?

Нет, никогда. Точно.

Даже в институте, хотя у многих там случались такие фееричные загулы.

Я всегда была правильной девочкой. Слишком правильной, наверное.

Поэтому и страдаю сейчас, да?

Текила... Но разве её много было, текилы? Или этот..Демид, мне что-то подмешал?

Черт... нет...

Вижу какую-то дверь, понимаю, что скорее всего это и есть ванная.

Я что в гостинице? Это номер? Я… мы…

МЫ! Ужас! Ведь со мной в кровати точно кто-то лежал!

Лежит.

Захожу в ванную, смотрю в зеркало.

Ужас в квадрате.

Нет, не такой уж ужас, потому что я понимаю, что я умылась, на моём лице нет косметики.

А одета я... одета я в чью-то огромную футболку. Чистую. Ну, то есть она была явно чистой, когда я её надевала.

Да уж, Янина...

Что с тобой? Что ты творишь?

Открываю кран, вижу воду и испытываю непреодолимое желание выплеснуть из себя весь вчерашний вечер. Что и делаю.

Боже, как же мне плохо.

Споласкиваю рот водой. Надо бы зубы почистить.

В отеле лежали бы принадлежности для умывания, но тут я их не вижу. Открываю полку — пусто.

Выдвигаю ящик из-под раковины — аллилуйя! Как раз тут вижу тюбик зубной пасты и пару запечатанных щеток.

Чищу зубы. Голова кружится и болит так, что мне тяжело стоять.

Что делать? Я никогда не была в таком состоянии.

Чувствую, как по щеке катится слеза.

Мне жаль себя. Очень жаль.

Зачем это всё в моей жизни? Почему?

Муж.

Иван.