Книга Развод. Ведьмы не стареют, страница 37 – Элен Блио

Я украду у него будущее.

— Лучше?

— Спасибо, Демид.

— Вот и прекрасно, продолжим.

Он спокойно стряхивает руки и возвращается на место, как ни в чём не бывало.

Словно минуту назад не касался моего тела.

Внезапно ощущаю волну жара, омывающую низ живота.

Ростовский хорош.

Красив.

Породистый, холёный мужик.

Он моложе меня лет на пять точно.

Представляю, какие у него женщины. Девушки. Даже девочки, наверное, потому что все, кто моложе двадцати трёх для меня реально еще девочки. Уверена, он любит таких, восемнадцати-двадцатилетних. Чистеньких, наивных, нежных.

Берёт их, окунает в этот мир богатства, власти, вседозволенности. Развращает.

Превращая в…

Стоп, зачем я об этом думаю?

Может он совсем не такой? Я знаю, что Демид был женат, кажется, у него есть дочь.

По-моему, ровесница моей Ядвиги или чуть старше.

Возможно его отношения с женщинами, девушками совсем иные…

И он не использует их.

— Многое бы я отдал сейчас, чтобы прочитать ваши мысли, Янина.

— Многое, это что? Помогли бы мне бескорыстно, если бы я сказала, о чём думала сейчас?

Усмехается.

— Нет. Не настолько многое. Хотя... Я ведь и так помогаю вам почти бескорыстно, разве не так?

— Не считая того, что вы купили мою душу?

— Душу? Нет. Душу я вашу не покупал, Янина. Душа ваша мне не нужна.

Опять усмехается, но глаза серьёзные. Темные провалы, омуты, нечитаемые.

Я хочу спросить, что же ему нужно, но молчу. Какая разница? Я согласилась на его условия.

— Я думала о ваших отношениях с женщинами.

— Неужели? — брови его ползут вверх. — Интересно, что?

— Предпочитаете ли вы совсем молоденьких девственниц, или у вас иные запросы, сколько у вас женщин, часто ли они меняются. Еще вспоминала, кажется, у вас есть дочь?

— Да, у меня есть дочь. Лиза. Ей двадцать. И я не люблю её ровесниц и девочек младше. Меня привлекают опытные женщины, знающие, чего хотят в жизни и в сексе.

— Спасибо за откровенность.

— Это еще не откровенность, откровенность будет позже. Что ж, вернёмся к нашему разговору.

— Да.

Снова чувствую, что в горле сухо. Беру стакан воды, который появился на столе передо мной. Отпиваю. Вижу, как внимательно следит за мной Ростовский.

— Итак, ваш разговор с вашим мужем сегодня. - Демид переплетает пальцы, опуская на них голову. — Плохо только то, что ничего конкретного ваш Иван не сказал, фразы общие, конечно, и всё равно с этим тоже можно попытаться что-то нарыть.

Но тут есть проблема.

— Какая?

— Ваш муж всегда был завязан с людьми серьёзными. Потянется ниточка, за ней другая, сами понимаете, мало кому захочется, чтобы вся эта херня полезла наружу.

Да, я понимаю. Но ведь мы с Ростовским не об этом договаривались?

— Демид, мне кажется, наш с вами союз предполагал несколько иные цели.

— Определенно. И я от этого не отказываюсь. Но вы же помните, что сначала придётся немножко потерпеть?

— Я всё помню.

— Расслабьтесь, Янина. Выпейте. Хорошее красное вино. Или предпочитаете что-то покрепче?

Предпочитаю, да... Сглатываю, вспоминая один эпизод, давний, словно из прошлой жизни.

Студенческая вечеринка, парочка мажоров, собравших нас в коттедже, я в слезах и соплях, потому что моя первая любовь сбежал, поддавшись давлению своей мамочки. Однокурсник протягивает мне стопку текилы... Моё состояние потом. То, как я чувствовала себя. Свободно. Легко. Да, еще и говорила всё, что хотела. Всю правду всем в глаза. Смеясь. Текила и потом действовала на меня как сыворотка правды. Поэтому я старалась её не употреблять.