Онлайн книга «Он и Она»
|
— Я могу войти? Войти? — Я не одна. Блин… еще одна медаль в чемпионате идиоток! Ну, Кораблева! Ну, ты сама себя слышишь? ОМГ. Его аж перекосило! Ясно, что он подумал… Дикий удар кулаком в стену, штукатурка полетела во все стороны… — Ну ты и сука… Он тряхнул рукой, костяшки были сбиты в кровь, а затем бросился вниз по лестнице. А я бросилась за ним. Глупая… — Андрей стой! Подожди! Блин! Андрей! Я не орала – соседей было жалко, я кричала громким шепотом. И бежать быстро я не могла – коленка саднила, больно до слез! У меня колено, у него кулак… Пустили друг другу кровь, называется. Я вскрикнула – он остановился, обернулся, еще раз окатил презрением. Да пошел ты! Надо было тоже развернуться и… Нет! Не надо! Он опять будет думать, что я с Трошиным, или еще с кем-то. С другой стороны – пусть думает! Пусть представляет, что у меня там гарем мужской! — Не лети, а то опять свалишься. Я все понял. — Там бабушка! Он не услышал. Продолжил спускаться. Потом замер. Повернулся. Я стояла на том же месте, на площадке у окна. Меня трясло от напряжения. — Бабушка? – ухмыльнулся, гад, - Чертова? — Нет. Моя. Опустил голову. Я видела, что ему смешно. Это… хороший знак? Мне и самой было смешно. Глупо все. Зачем он приехал? Я сразу поняла зачем. Как только он поднялся вверх по лестнице и впечатал меня в стену прижимая свой адов стояк. На мне было только тонкое трикотажное домашнее платье. И трусы. Не те, которые рвутся на раз. Обычные танкини. Даже без кружева. — Что ты… Говорить он мне опять не дал. Снова насиловал мои губы, как днем, на террасе. Настойчиво, зло, яростно. И так… сладко. Я не выдержала и застонала, и обняла его, просовывая руки под его пальто, прижимая сильнее. — Еще… - глухой, грубый голос. — Что? — Стони еще… И его рука уже забралась под тонкую ткань. Там было сухо как в пустыне Сахара. Но я понимала, что это совсем ненадолго с таким его напором. Всхлипнула, буквально насаживаясь на пальцы. — Фак… Что же ты со мной делаешь… Я? Разве я что-то делала? Это он. Он прижал меня в подъезде и залез в трусы! А я… Я просто позволяла ему все это, потому что… Потому что я была живой, когда он делал так! Не отмороженной куклой, которой чувствовала себя все эти месяцы! А живым человеком, женщиной! Раздался противный писк домофона, потом стукнула подъездная дверь. Блин! Мы были на втором этаже! Сейчас сюда кто-нибудь поднимется и… Зашедший запоздалый сосед или соседка вызвал лифт. Мы продолжали стоять, вжавшись в стену, замерев. Потом он начал отстраняться, а я дико испугалась. Сейчас он уйдет, исчезнет, растворится… А я буду думать, был ли он на самом деле? Или это «Бейлис», приторный айриш-крим вызывал во мне дикие фантазии? — Андрей? Я сама не знала, что скажу ему. Но мне не хотелось, чтобы он отлипал. Даже несмотря на то, что я видела его сегодня обнимающим другую. — Поднимемся в квартиру? — К чертовой бабушке? — Сам ты… чертов… В конце концов, хочет уйти? Пусть уходит! Зачем вообще приходил? Я отстранилась, постояла мгновение, начала подниматься по лестнице. Он остался на площадке. Ну… Почему же так больно опять? И зачем он только приехал? Насколько было бы проще если бы он опять умотал в свою Америку! Бабушка стояла в коридоре уже в туфлях на каблуках – другую обувь она категорически не переносила: |