Онлайн книга «Он и Она»
|
Мать твою, да что же делать то? Пошло оно все нах... * * * Я сорвался. Запустил руку в огненную гриву, притянул жестко. Губы. Мои. Все мои. Сочные, влажные, с ароматом диких цитрусов, или персиков. Натуральные. Без гиалуронки. Я мог бы целовать их всю ночь, и ведь день и еще ночь. Облизывать, покусывать, изучать недра…Обвивать языком ее язык. Наслаждаться. Фак! Как же мне было хорошо! Я уже представлял, как опускаю ее на этот узенький плетеный диванчик, развязываю поясок – она надела платье с запахом, насыщенно-зеленого цвета, цвета травы, мы вместе купили его в бутике у Киры, подруги моей сестрицы Даши. Купили тридцатого декабря, перед самым Новым годом. Выбирали наряд, чтобы пойти в гости к моему брату, а потом занимались любовью в примерочной куда я ее утащил – так получилось, что в магазин зашла моя бывшая, и я ничего лучше не придумал как уйти с моей феей в отдельный кабинет, а там, разумеется, не смог удержаться, потому что… Потому что рядом с ней мне вообще трудно было сдерживаться. Мне все время хотелось к ней прикасаться. Даже мельком, мимолетно. Держать руку на ее талии, проводить ладонью по плечам, спине, рукам. Сплетать пальцы. Прислонить ее к стене, пригвоздить. Связать руки, закрепить их у нее над головой – почему я так ни разу и не додумался ее связать? Мне ведь хотелось! Думаю, и фея была бы не против. Медленно спустить ее бюстик, обнажая соски с крупными розовыми ореолами, рывком сорвать трусики – те самые от Агента Провокатора, из специальной коллекции для эротоманов и фетишистов, которые повернуты на том, чтобы уничтожать белье. Опуститься перед ней на колени, раздвинуть ноги и… просто уткнуться в эти мягкие, горячие, ароматные складки… Фак! Что я буду делать с гребанной эрекцией я не знал. Использовать как вариант Мышку? От этой мысли меня передернуло. Я не хотел Мышку. Я хотел Наташку. Рыжую заразу, которая засела в моей голове, со своими сосками, коленками, роскошной задницей, села и ножки свесила. Дразня, словно зазывая – потрогай, коснись меня! И я хотел ее касаться. Очень. Словно, если я не буду трогать ее – она исчезнет. Но она исчезла независимо от того трогал я ее или нет. Что же я делал? Зачем целовал ее? Я ведь запретил себе думать о ней? Но почему я это сделал? Ведь ее так приятно целовать! И мой член, который рядом с другими лежал в глубоком обмороке, стоял по стойке смирно с той минуты, как я увидел фею на террасе… Нет. К хренам. Стоп, Устюгов! Тормози, Андрей! Просто тормози! Мне самому страшно от того, насколько я «влетел». Этого не должно быть. И повториться не должно. Поэтому я сказал ей: — Я не хочу тебя видеть, Наташа, это понятно? Можешь мне подарить такое счастье? Мне было нужно от нее совсем другое счастье. Но… Видимо, в прошлой жизни. Я вышел, оставив ее одну. С окровавленной коленкой и в рваных чулках. Она выглядела такой потерянной и несчастной. Она что-то чувствовала? Разве она могла вообще что-то чувствовать? Разве может что-то чувствовать тот, кто растоптал чувства другого? Чувства, чувства, чувства! Тормози еще раз Устюгов! В твоем лексиконе и раньше не было этого слова. Чувства... Зачем оно тебе теперь? Глава 5. Я с замиранием сердца подошла к двери. Сердце готово было остановиться. Как назло вспомнила, как тогда Капитан Америка заявился, и спалил меня с Трошиным и с пина коладой. |