Книга Мы не твои, страница 42 – Элен Блио

— Ультиматумы ставишь?

— Нет. Никаких ультиматумов. Просто говорю.

— Я тебя услышал, — злюсь, просто в ярости опять!

Потому что не понимаю уже ничего! Ни в себе, ни в этой жизни… Ни в чем.

— Уходи, пусть посуду Гуля заберет.

— Хорошо. До свидания.

Не отвечаю.

Что я за человек такой? Почему у меня не получается все нормально, просто? Почему все должно быть вот так?

Все-таки утром сообщаю брату о своем решении. Кипр — так Кипр.

Я думал мы улетим сразу. Но выясняется, что у Надежды загранпаспорт просрочен, да и этому мелкому сыну Мадины тоже нужны документы.

Все откладывается на неделю, за это время помощник Тамерлана обещает уладить все вопросы. Когда есть деньги проблемы решаются быстро.

Надя снова приходит ко мне. Мы гуляем. Почти не разговариваем.

А через пару дней после того поцелуя мне неожиданно наносят визит бывшие однокурсники.

Бывшие — понятно почему. Куда слепому учиться? Хотя, Там вроде как выбил мне «академ», год я могу гулять без проблем. Вот только надо ли возвращаться? На фига мне теперь образование? Чужое место занимать?

То, чем мне хотелось заниматься — дизайн, разработка объектов, архитектура — теперь недоступно. Какой дизайн сделает тот, у кого глаз нет?

Пришли несколько ребят из моей тусовки, они навещали меня в больнице, но я сам просил не приходить, еще пара девчонок. Конечно Алиса…

С Алисой у меня были отношения, так, ничего серьезного, психанул, когда Светлячок меня отшила. Сережки с бриллиантиками, которые Зое покупал — Алисе передарил. Думал, что Светлячка это обидит, зацепит. А ей было все равно. Алиса давно на меня глаз положила, но мне было фиолетово. Я с ней сошелся только чтобы Зою позлить. После того как меня на дне рождения старосты хорошенько потрепали я с Алисой все контакты прекратил.

— Хорошо выглядишь, Илик.

— Шутишь, Элис? Думаешь, я себя в зеркало не вижу? — ухмыляюсь, ее слова меня никак не трогают. Какая мне разница как я выгляжу сейчас?

Она смеется, типа поняла мой прикол про "вижу".

— Хочешь, я побуду твоим зеркалом, милый?

— Рискни!

Неожиданно чувствую на своем лице пальцы бывшей пассии, понимаю, что это она — духи у нее тяжелые. И руки… не нежные.

— Сам бреешься?

— Сиделка помогает.

— Сиделка? Это рыжее недоразумение?

— Сама ты… — напрягаюсь, отпихивая ее руку, потому что… чувствую присутствие Воробушка. Она тут. Она видит меня и Алису. А я этого не хочу. — Уйди, Коринская, не стоит меня трогать.

— Почему? Отвык от ласки? Боишься? Или… у тебя там все сломалось?

— Что?

— Алиса, реально, завали, а? — Это, похоже Никитос, голоса парней я не различаю, забыл их. — Слыш, Илюх, может, прогуляемся, а? Давай с нами! Отвезем тебя к нам в кафе, там сегодня сейшн будет. Дискотека. Подрыгаемся.

— Ага, особенно я… подрыгаюсь.

— Да я это… можем просто посидеть, пообщаемся.

— Поехали, Илюх! — Чувствую руки Алисы, на моей шее, ладони скользя по плечам. Дергаюсь, пытаясь их стряхнуть. — Ну что ты, а?

Мгновение, и я чувствую ее губы у своего уха:

— Поехали, милый, я так соскучилась, будет хорошо, правда, обещаю! — она прижимается губами к моей шее, кручу головой, и резко выворачиваю коляску, чтобы отъехать от Алисы, и тут же слышу вскрик Нади.

— Ой…

— Надя? — понимаю, что задел ее, — чёрт, больно?

— Нет, ничего, я… я хотела сказать, что Гуля там накрыла в столовой, если ваши друзья хотят перекусить!