Онлайн книга «Ты мне никто»
|
А про «прежние места» написал Геннадий Шпаликов, был такой поэт и сценарист. Он еще песню сочинил - «Я шагаю по Москве». Удивительно, как мне нравилось общаться с Богиней! Она какие-то вещи рассказывала так запросто, и трогательно. И мне даже захотелось какие-то книги перечитать. Когда я это делала в рамках школьной программы мне казалось – скучно и нудно. Если уж читать, то «Гарри Поттера», или «Сумерки». Да, может у меня не самый возвышенный вкус к литературе, как у многих моих ровесников. Но Богиня меня просто заразила. Правда… «Ромео и Джульетту» я с трудом осилила. Очень… больно было. Слишком много аналогий. И этот… Лоренцо! Почему он не мог устроить всё нормально! Они остались бы живы, и… Кручу всё это в голове не замечая, что иду рядом с Мироновой и Дунаевой. Когда я успела согласиться на совместное распитие кофе? — Ты чем болела так долго? — Ничем. Просто влом было в школку ходить. Симулировала. — Ого… это прям «кул», - Дунаева в своем репертуаре. Лерка про неё говорила, что она любит английские слова везде пихать. «Кул» - это типа круто. Да уж. Нет, кажется не сильно я горю желанием дружить с Дунаевой. Да и с Мироновой тоже. Но ноги сами несут меня рядом. Всегда могу слиться, если захочу. Мы все берем разный раф. Я ненавижу тыкву, но заказываю именно тыквенный. Мирон – мою любимую лаванду, а Дуня черничный. Миронова начинает рассказывать о том, что было после того случая в радиорубке. Мне не очень интересно – она в основном про Тора говорит, но иногда… — Коршун, капец какой душный стал! — Да? А мне показалось, тебе понравилось в него язык засовывать. — Фу, ты тоже душнила, - она смеется, - ну… почему нет? Попробовать. У тебя же с ним всё? Любовь закончилась? Говорить об этом не хочу ни с кем, особенно с ними. Но… — А что, у нас разве любовь была? Так… мажорчик башлял, я пользовалась. Когда бы еще я на белом кабриолете покаталась? Видимо мои слова шокируют даже их. Не ожидали, что я такая циничная стерва? Ну вот, как-то так. Учителя были хорошие – кажется, так говорят? — Ясно. Ну да… какая в наше время любовь! Кстати, а про Тора с этой… ты знаешь что-то? Ты же с ней… — Да я с ней. Вы меня за эти звали? Сплетни собирать? Если да – я пас. Не вставляет. Встаю, забирая чашку с кофе – могу пересесть за другой столик. Но Мирон тормозит меня. — Да погоди ты. Чего сразу агришь? Я так, просто… Мы реал с них в шоке. Сегодня просто какой-то кринж. Эпик фейл… Да уж, тут я с ней согласна по всем статьям. Сажусь, и почти сразу жалею. Потому что в кофейню заходит Коршун. Он один. Выражение лица – как будто он собрался кого-то сжечь на костре. Видит нас, выражение лица не меняет. Отворачивается, словно от пустого места. Ну, ладно. Мне в общем, тоже по фаренгейту! Пусть берет кофе и отваливает! Но нет же! Он нарочно садится за соседний столик! — Стас, чего не к нам? – Миронова мило улыбается. — У вас там душно. Говорит, и смотрит прямо на меня, прожигает глазами, сверлит, словно хочет снять скан с моих мыслей! Фигушки! Мысленно показываю ему фигуру из одного пальца, и взгляд не отвожу. Пусь не думает, что я его боюсь! И вообще… пусть ничего обо мне не думает! Меня для него нет! И его для меня тоже нет! От слова совсем! Вот! Щурюсь, потому что непривычно в линзах. Стараюсь смотреть безразлично. Знаю – тоже Богинина наука – больше всего бесит безразличие! |