Книга На моих условиях, страница 92 – Настя Орлова

Его родной запах, участие, то, что он, единственный близкий мне человек, рядом, прорывают плотину моей сдержанности. Я реву взахлеб, выпуская из себя горечь обиды и злости, оплакивая маму, мои отношения с папой, с Максимом, собственную глупость и доверчивость. А папа молчит, позволяя мне выплакаться, лишь гладит меня по волосам и спине до тех пор, пока последние рыдания не затихают.

— Не знаю, поверишь ли ты или нет, но я бы никогда не сделал того, что сделал, если бы не верил, что вы с младшим Андреевым идеально друг другу подойдете, – внезапно говорит он тихо.

— О чем ты говоришь, пап?

— Тебе нужен был такой, как он: порядочный, умный, надежный. Не легкомысленный эгоистичный Фролов, который пудрил тебе мозги все это время, – продолжает он. – Возможно, я выбрал неправильный путь для осуществления своих отцовских желаний, но я не сомневался, да и сейчас не сомневаюсь, что вы с Максимом созданы друг для друга. Я видел, как вы общались на том единственном обеде в нашем доме, Влада. Только слепой мог не заметить, что между вами происходило нечто совершенно особенное.

— В последнее время и я думала, что между нами что-то особенное, – сдавленно произношу я, впервые признавая факт своей влюбленности вслух. – Он был так добр ко мне. И я… Кажется, я его полюбила.

— Но? – выжидательно спрашивает папа.

— Я обманула его, и он меня не простил, – обреченно выдыхаю я.

— Не думаю, что ты могла сделать что-то настолько серьезное, чтобы он тебя не простил.

— Он просил меня не работать с Костей, – выпаливаю я. – А я работала. И съемка получилась откровеннее, чем я рассчитывала. Максима это очень задело.

— Нехорошо получилось, – соглашается отец. – Понятно, что он ревнует.

— Ревнует?

— Почему это так тебя удивляет? Абсолютно нормальная реакция.

— В нашем браке мало нормального, – с тяжелым вздохом говорю я.

— А мне кажется, в нем куда больше нормального, чем во многих современных браках.

— Ты с такой уверенностью это говоришь…

— Возможно, мне не стоит, но я все же скажу, – произносит папа, глядя мне в глаза. – На прошлой неделе Максим звонил мне, чтобы узнать, в каких странах ты уже была, а в каких только мечтала побывать. Он хотел сделать тебе сюрприз и отметить первый месяц вашего брака в особенном месте.

Затаив дыхание, я слушаю отца, позволяя себе на мгновение представить, как все могло бы быть, если бы я не подвела мужа.

— Теперь он не захочет никуда ехать со мной, – расстроенно шепчу я, ощущая щемящую боль в груди. – Скорее захочет развестись.

— Не думаю, что это так, – говорит отец чуть снисходительно. – Ты плохо знаешь мужчин, дочка. Максим тебя не отпустит.

После мы долго сидим с папой в креслах возле кровати мамы. Я вслух читаю книгу, отец, прикрыв глаза, слушает, не выпуская из своей ладони хрупкую мамину руку.

Из клиники я ухожу первой, оставляя родителей побыть наедине. У меня есть план, и я собираюсь во что бы то ни стало убедить Максима в том, что для нас ничего не потеряно.

Все только начинается.

Оглядываю себя с ног до головы в огромное зеркало и удовлетворенно улыбаюсь. Усилия не пропали даром – выгляжу я если не сногсшибательно, то очень хорошо.

В животе пузырьками искрится волнение, смешанное с ожиданием. Я никогда не старалась поразить Максима своей красотой, но сегодня все иначе: мне важно быть на высоте, ведь привлекательная внешность – это мой козырь в борьбе с его обидой. Обидой, которую я во что бы то ни стало должна стереть из его памяти.