Книга Развод в 45. Богатые тоже платят, страница 39 – Рина Беж

— Оно и видно, — фыркает Галинка. — Хреновая фамилия, хреновый аппетит. Ты похудела, солнце.

Осматривает с ног до головы.

— Да брось. Когда бы я успела?

Обойдя кресло, опускаюсь в него и откидываюсь на мягкую удобную подушку. Соболева поступает аналогично.

— С таким пиндюком, каким оказался Толясик, много времени не надо, — уверенно заявляет она. — Вот уж ни за что не поверю, что этот хрен моржовый оставил тебя в покое и благословил на ратный подвиг, услышав слово «развод».

— Нет, конечно. Такое положение дел его не устраивает, но последние два дня мы не видимся, — делюсь новостями.

— Куда говнюк свалил? — подключается Иринка.

— Не в курсе, — пожимаю плечами. — «Папа Сережа», — имею ввиду свекра, — провел с ним воспитательную беседу, чтобы тот дал мне время остыть.

— Ты ж не труп, чтоб остывать, — закатывает глаза Соболева.

Ох уж этот врачебный юмор. Усмехнувшись, никак фразу не комментирую и быстренько надиктовываю подошедшей ко мне девочке-официантке свой заказ.

— Рыбу придется пятнадцать минут подождать, — предупреждает она, прежде чем отойти.

— Ничего страшного. Мы не спешим, — отвечает за меня Иринка и, как только сотрудница кафе оставляет нас одних, Федорова интересуется. — Ну, что там с твоим губернатором? Доволен проведенной операцией?

— Бывший губернатор, — поправляю ее, но тут же киваю. — Да, доволен, Ириш. Я только от него. Вот, смотрите, что мне подсунул в карман, пока я его колено осматривала.

Потянувшись к сумке, достаю черный матовый конверт из дорогой плотной бумаги и протягиваю...

Галинка хватает его первой.

— Так-так-так… — проговаривает она, пока извлекает на свет божий билет на самолет до Сочи. А затем еще один. Читает, беззвучно дергая губами, и громко охает, — о, боже, какой мужчина! Я его уже люблю! Какой же он — умничка, и как вовремя со своим коленом к тебе сунулся! Хоть и пенсионер, но все равно красавчик.

Прикрываю глаза рукой. Соболева в ударе — это нечто! И тихонько смеюсь.

— Что там? Я тоже не против его полюбить, — Иришка, кипя от неудовлетворенного любопытства, резко подается вперед, ловко выхватывает из рук Галюни бланк и читает вслух. — Сочи — Стамбул — Чешме — Синоп — Сочи. Уют и роскошь на лайнере Astoria Grande. Морской круиз восемь дней — семь ночей. Всё включено…

— Сечешь крутизну? — выгибает Галина бровь, обращаясь к Ирине.

— Секу, конечно! — кивает ей та.

После чего обе поворачиваются ко мне и хором заявляют:

— Ты летишь и плывешь, детка! И это даже не обсуждается!

— Ну нифига себе вы спелись! — хихикаю, поглядывая на них по очереди. Правда, тут же становлюсь серьезной. — Не выйдет. У меня с Бардиным жопа.

— Что этот засранец еще отмочил? — подруги, не сговариваясь, тоже переключаются на серьезный тон.

— Обобрал, девочки.

— ЧЕГО? — рявкает Галинка.

— Когда успел? — подключается Иринка.

— По документам — год назад, — делюсь с подругами новостями, которые вчера вечером мне сообщила заместитель заведующей ИФНС, к которой я обращалась. — Вся сеть клиник «Ваш доктор» и дочерки еще прошлым июнем переоформлены на Сергея Даниловича.

— Вот мерзавцы, а! Какашка от какашки недалеко падает! — Соболева с таким чувством хлопает ладонями по столу, что сидящая в трех метрах от нас девушка вскрикивает и роняет вилку. — Извините, — бросает ей Галя и снова поворачивается ко мне. — Но он не мог этого провернуть без твоего согласия, Вик. Я точно знаю, проходила подобное.