Книга Случайная мама. Чудо под Новый год, страница 78 – Рина Беж

— Сань, пигалица моя у тебя? — басовито интересуется дядька… выше двух метров в высоту и чуть меньше в ширину.

«Ой, мамочки!» — присвистываю я мысленно.

Вот это русский богатыр… рище!

Сколько ж ткани, на пошив его костюма пошло? Метров восемь, десять?

А в дверной проем он прямо входит или бочком?

— Нет меня, — шипит «пигалица» из-под стола, явно узнав вошедшего по шагам и басу.

Богатырь же только-только замечает меня.

— Извините, гражданочка, что помешал! Думал, Александр Александрович свободен.

Усмехаюсь и только развожу руками.

— Да вы не стесняйтесь! Я уже попкорн закала.

Похоже, когда родственники Звягинцевых собираются вместе, даже семейка Адамс отдыхает и нервно курит в сторонке.

Одна сестра отжигает пуще другой.

— Да вы оба нам… помешали! — не выдержав, рыкает Сашка и, забросив попытку достать Рину из-под стола, командует. — Иди, Макс, сам свою ненаглядную отсюда вытаскивай.

— Ух-ты, в этот раз не в шкаф полезла? — коротко гогочет Макс.

Звягинцев не комментирует и направляется ко мне. Обнимает и, игнорируя присутствующих, целует в губы.

— Извини за цирк с конями. Вот такие у меня родственники, Ксюш. Но, сама понимаешь, их не выбирают, — шепчет, прислоняясь своим лбом к моему, не размыкая рук.

— А это все? Или я кого-то еще не знаю? — уточняю на всякий случай, задирая голову, чтобы утонуть в зелени его глаз. — Если что, можем после ТЦ в аптеку заехать. Я валерьяночки себе прикуплю.

— А давай я мороженым и чем-нибудь вкусным из кондитерской извинение попрошу? — вжимает в себя плотнее. — Валерьянка же невкусная.

— Хитрый какой, — смеюсь негромко. — Но ладно. Согласна. С тебя то обалденное печенье, что вы Нике покупаете. Они меня с Пашкой как-то угощали. Мне очень понравилось.

— Вообще без проблем!

— Мась, они что там, целуются? — отвлекает от нового поцелуя удивленно-умиленный женский голос.

— Рин, а ты сама разве не видишь? — басовито отвечает ему мужской.

— Вижу, но боялась, что глюки словила.

— Не, это не глюки. Целуются.

— Я в ахуе, Мась!

— Прекрати ругаться матом! Ты же будущая мать, Марина!

— Вот! Во-о-от! Поэтому я от тебя и сбежала к Сашке. Ты меня снова обижаешь! Я даже юбку из-за тебя порвала!

— Из-за меня?

— Ну знаешь, Бурилов! Намекаешь, что я толстая?

— Нет, конечно, булочка моя!

— Смотри мне! И запоминай! Не бывает полных женщин — бывает только тесная одежда!

— Учту!

Не сдержавшись, утыкаюсь Саше в грудь и от души смеюсь. Только когда хохотунчик отпускает, оборачиваюсь к веселой парочке.

Сестра Звягинцевых оказывается ниже меня ростом на полголовы и чуть-чуть покруглее. Одну руку она упирает в бок, а указательным пальчиком другой грозит Богатырю, которому до груди едва достает. И так воинственно при этом на него взирает, что тот на полшажочка отступает.

Смотрится, конечно, бесподобно.

«Ай, Моська! Знать, она сильна, что лает на Слона», — припоминаю крылатую фразу из басни Крылова, а после, дождавшись, когда они снова глянут на нас с Александром, первой представляюсь.

— Здравствуйте! Меня Оксана зовут!

Знакомство с четой Буриловых выходит веселым и запоминающимся. Узнаю, что парочка поженилась всего полгода назад. Ждали, когда Марина закончит университет, юрфак. Её супруг, Максим, тоже юрист. Работает в этой же конторе, что и Александр, только занимается корпоративным правом.