Книга После развода. ( Не) Надейся вернуться, страница 78 – София Брайт

— На год, — он смотрит прямо мне в глаза. — Филиал в Казахстане. Новый проект. Нужно, чтобы кто-то из руководства там был лично.

Год. Целый год.

— Ты... — голос срывается. — Это уже точно?

— Да. Билеты на десятое января.

Я отворачиваюсь, чтобы он не видел моего лица. В груди странная смесь облегчения и паники. Он уезжает. На год. Не будет этих случайных встреч, напряжения между нами и глупой надежды, которая никак не хочет умирать.

— Детям сказал? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Еще нет. Хотел сначала с тобой поговорить. Как ты считаешь, когда лучше?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Чем скорее, тем лучше. Чтобы у них было время смириться.

— Я куплю им билеты на следующие праздники, чтобы прилетели ко мне.

Снова тишина. Только снег скрипит под чьими-то шагами где-то вдалеке.

— Ты поэтому согласился прийти сегодня? Чтобы сказать мне? — спрашиваю тихо.

— Не только, — он поворачивается и смотрит пристально. — Я хотел тебя увидеть. Просто увидеть.

Я поднимаю на него глаза. В них столько всего, что мне становится трудно дышать.

— Глеб...

— Я знаю, что не имею права, — перебивает он. — Знаю, что между нами все кончено. Но я не могу уехать не попрощавшись. Спасибо, Вера.

— За что?

— За все. За то, что не мешаешь общению с детьми, и за то, что была рядом, когда я попал в больницу. Вообще за все.

Ком в горле растет, мешая дышать. Я отворачиваюсь, делаю глубокий вдох, и морозный воздух обжигает горло.

— Ты вернешься? — спрашиваю в пустоту.

— Конечно. Через год. За это время столько у тебя здесь может измениться, — в его голосе горечь.

— Ты им нужен, — говорю твердо. — Особенно Феде. И Степан... он тоже скучает. Просто не умеет показывать.

— А ты? — тихо спрашивает он.

Я молчу долго. Очень долго. Снег падает на перила, на ветки деревьев, на наши плечи. В доме кто-то смеется, играет музыка.

— Я не знаю, Глеб, — отвечаю наконец. — Честно. Я так устала в этом разбираться.

Он кивает, будто заранее зная мой ответ.

— Понимаю.

Мы стоим еще несколько минут, а потом дверь распахивается и на крыльцо вылетает Даша:

— Вы чего тут мерзнете?! А ну, быстро в дом, ужин стынет!

Мы заходим в дом. Тепло обволакивает, пахнет жареным мясом и специями. Сережа накрывает на стол, родители Даши уже сидят в гостиной.

Вечер проходит в шумных разговорах, с тостами и смехом. Мы с Глебом сидим за одним столом, почти напротив друг друга, и каждый раз, когда наши взгляды встречаются, я чувствую, как сердце пропускает удар.

Когда приходит время прощаться, Глеб помогает мне надеть пальто. Шарф он так и не забрал.

— Оставь себе, — говорит тихо, когда я пытаюсь его вернуть. — На память.

Я смотрю на него и вдруг понимаю, что не хочу, чтобы он уезжал. Но понимаю, что для нас так будет лучше.

— Счастливого пути, Глеб, — говорю вместо всего остального.

— Спасибо, Вера.

Он выходит на крыльцо вместе со мной, ждет, пока я сяду в машину, заведу двигатель. Я смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как он стоит под фонарем, в одном тонком свитере, и смотрит мне вслед, пока я не сворачиваю за угол.

Чуть больше года спустя

— Вера, завтра ждем вас с папой у нас.

— Не знаю, мам, получится ли.

— А что такое? — слышу напряжение в голосе.

— Глеб прилетает. Мальчишки будут с ним.

— Возвращается уже? Я думала, что он только после праздников прилетит, — говорит мама задумчиво.