Книга Корни, уходящие в вечность, страница 4 – Наталья Штефан

«Разве они меньше достойны счастливой жизни только потому, что родились позже старшего брата?»

Как-то, поздним осенним вечером, вся семья собралась в библиотеке.

За окнами шумел холодный ветер. Мелкий дождь стучал по стёклам. В большом камине потрескивали дубовые поленья. На стенах мерцали отблески огня. Посреди кабинета стоял тяжёлый дубовый стол. На нём лежала большая карта Европы и Российской империи.

Рядом — несколько писем, исписанных аккуратным немецким почерком.

Их прислали старые знакомые, которые уже переселились в Россию.

Стефан долго молчал и внимательно смотрел на карту.

Будто мысленно проходил тысячи вёрст.

Наконец медленно поднялся.

— Дети…

Все сразу притихли.

Даже самые неугомонные перестали разговаривать.

Он положил ладонь на карту.

— Сегодня я хочу поговорить с вами не о нашем заводе…

Не о сахаре… И даже не о деньгах.

Я хочу поговорать о будущем нашей семьи.

Стефан разложил на столе несколько писем.

— Это от моего старого знакомого, — сказал он сыновьям. — Он уже несколько лет живёт в Курской губернии.

— И что он пишет? — спросил старший сын.

Отец протянул письмо.

— Пишет, что там земли столько, что не окинешь взглядом. Чернозём такой, что хлеб родится сам. А главное — строятся сахарные заводы. Людей, умеющих вести хозяйство и знающих производство, принимают с уважением.

Он ненадолго замолчал.

— Думаю, наше будущее может быть именно там.

В комнате воцарилась тишина.

Каждый понимал, что разговор идёт уже не о мечтах, а о судьбе семьи.

— Мир меняется быстрее, чем нам хотелось бы — продолжил отец.

— С каждым годом вести дело становится сложнее. Старые порядки начали рушиться, меняются законы, растут налоги, все больше появляются новые ограничения, новые войны, всё труднее становиться сохранить семейное благополучие…

Он замолчал.

Но была ещё одна причина, о которой в семье говорили всё чаще.

Отец медленно провёл пальцем по карте.

— А здесь…

Его рука остановилась на бескрайних просторах Российской империи.

— Здесь начинается совсем другая история. Российское правительство приглашает переселенцев. Обещают землю, помощь на первое время, свободу вероисповедания. Главное — там каждый из вас сможет стать хозяином своей земли, а не жить в ожидании чужой милости.

Все внимательно слушали отца.

И еще, это самое главное…

Он посмотрел на младших сыновей.

— Там каждый из вас сможет стать хозяином.

Не работником. Не управляющим.

Не человеком, живущим под крышей старшего брата.

А хозяином собственной земли.

Младшие сыновья переглянулись.

Августин тихо спросил:

— Значит… мы уедем навсегда?

Стефан долго не отвечал.

Потом подошёл к окну.

За стеклом ветер гнул верхушки деревьев.

— Родину невозможно увезти в сундуке.

Она всегда остаётся в сердце.

Подготовка к переезду заняла почти целый год.

Предстояло завершить дела, продать часть имущества, упаковать книги, семейные документы, серебро, посуду, одежду. Но больше всего хозяина дома волновало другое — что взять с собой из того, что нельзя купить ни за какие деньги.

Однажды вечером он вошёл в библиотеку.

Высокие шкафы, заполненные книгами, занимали целую стену. Многие из них принадлежали ещё его отцу и деду. На первых страницах некоторых стояли выцветшие подписи предков.

Он долго водил рукой по кожаным переплётам.