Книга Корни, уходящие в вечность, страница 32 – Наталья Штефан

Когда началась война, Игнату было сорок семь лет. Несмотря на возраст, он одним из первых ушёл на фронт добровольцем. Не смог остаться в стороне, когда Родина нуждалась в защите. Прощаясь с семьёй, он крепко обнял Галину, дочерей, пообещав, что обязательно вернётся. Тогда никто ещё не знал, сколько испытаний выпадет на их долю и какой долгой окажется дорога к Победе.

На фронте Игнат служил телефонистом на передовой. Это была одна из самых опасных военных профессий. Под непрерывным огнём противника он снова и снова полз по изрытой воронками земле, разыскивая оборванные снарядами провода, чтобы восстановить связь между подразделениями. От этой тонкой линии зачастую зависели жизни сотен бойцов и успех целых боевых операций.

В одном из последних боёв Игнат проявил исключительное мужество. Несмотря на сильный артиллерийский и миномётный обстрел, он лично устранил до десяти порывов телефонной линии, ни на минуту не допустив прекращения связи. Благодаря его самоотверженности командование продолжало руководить боем, а подразделения своевременно получали необходимые приказы.

Старший из братьев — Андрей, 1914 года рождения.

Он только что окончил Высшее военное училище, перед самой войной прошёл ускоренные курсы переподготовки и получил звание Гвардии старшего лейтенанта. Командир роты.

Молодой, красивый, с большими амбициями и планами на будущее — перед ним открывалась жизнь, служба, дорога офицера. Он верил в своё предназначение, в долг, в честь, в жизнь полную надежд.

Но война распорядилась иначе. Вместо мирной службы — передовая. Вместо будущего — бессмертная память

Сначала была передовая.

Это происходило под деревней Лука — сильно укреплённым пунктом противника, на Северо-Западном направлении, в районе нынешней Новгородской области.

Земля была изрыта окопами, проволокой, дзотами. Каждый метр давался ценой крови.

Зима ещё держала землю в ледяных оковах, но в воздухе уже чувствовалась весна. Днём снег оседал, становился тяжёлым, серым, по окопам текли холодные ручьи талой воды. Ночи были морозными, а рассветы — прозрачными, с тонкой голубизной над лесом.

Рота Гвардии старшего лейтенанта Андрея Штыфанова держала позицию. Немецкие укрепления были прочными, огонь — плотным. Пулемётные очереди рвали тишину, мины ложились тяжёлыми ударами, земля вздрагивала под ногами. Солдаты воевали устало, но упрямо. За их спинами был Ленинград — город, который стоял в блокаде. Каждый понимал: отступать нельзя. Андрей шёл впереди своих бойцов, поднимая их личным примером. Командир роты — не за спинами, а рядом, в самом огне. И всё же весна пробивалась даже сквозь войну. На проталинах темнела живая земля, где-то в редком лесу слышался первый осторожный птичий крик. Казалось, сама природа напоминала: жизнь продолжается.

По приказу командования батальона его рота первой вступила в бой.

Под шквальным пулемётным и миномётным огнём бойцы шли вперёд. Снег, грязь, разрывы, крики.

Рота первой достигла огневых точек врага и уничтожила три дзота. Казалось, ещё немного — и рубеж будет взят.

Но один дзот оказался особенно укреплённым.

Оттуда ураганным огнём сдерживал противник, прижимая бойцов к земле.

И тогда Андрей принимает решение сам.

Он берёт противотанковые гранаты и под сильным огнём ползёт к вражескому дзоту. Каждое движение — под прицелом, земля вокруг взрывается, пули свистят над головой.