Книга Пышка-снегурочка и тайна пропажи оленя, страница 5 – Чарли Монт

Данил снял рога и протянул их мне. Молча. С таким видом, будто возвращал чужую вещь, которую ему навязали.

— Держи, Снегурочка.

Я взяла ободок. Рога покачивались. Я посмотрела на них, потом на него.

— И это всё? — спросила я. — Никаких претензий? Никаких «ты сумасшедшая»? Никаких «я потерял из-за тебя важный звонок»?

Данил сунул руки в карманы пальто. Тёмно-серые глаза смотрели на меня с непонятным выражением. Не то чтобы злым. Скорее… задумчивым.

— Звонок, кстати, был, — сказал он. — Флешку нашли.

— О! — я обрадовалась искренне. — Где?

— В холодильнике. В лотке для овощей.

Я моргнула. Потом ещё раз.

— В лотке для овощей?

— Ага.

— И ты мне это вот так спокойно говоришь?

— А что, по-твоему, я должен делать? Орать? — он усмехнулся. — Я уже наорал. На секретаря. Он больше не будет.

Я представила, как этот огромный мужчина орёт на какого-то бедного секретаря, и мне стало немного жаль неизвестного мне человека. Но только немного. Потому что флешка в лотке для овощей — это, знаете ли, диагноз.

— Ладно, — я поправила шубу и взяла мешок с подарками. — Спасибо за помощь. Ты был… неплохим оленем. Даже с финансовой грамотностью.

Он хмыкнул.

— Было не так плохо, как я думал, — сказал он вдруг.

Я замерла. Это признание? От него? От властного бизнесмена, который полчаса назад готов был меня придушить?

— В смысле? — уточнила я.

— В смысле, дети. Ёлка. Ты. — Он пожал плечами. — Я думал, будет хуже. Думал, что я сбегу через пять минут. Но… остался. И даже спел про ёлочку.

Я прыснула.

— Ты не пел. Ты открывал рот и делал вид, что поёшь. Как рыба.

— Это была творческая интерпретация, — невозмутимо ответил он. — Я не знал слов.

— «В лесу родилась ёлочка» — это песня, которую знают все!

— Я, видимо, не все.

Мы стояли в пустом холле садика. За окном уже стемнело. Снег падал медленно и красиво. Гирлянда на ёлке мигала разноцветными огнями. И в этом свете Данил выглядел… не так устрашающе. Даже симпатично. Хотя я, конечно, не смотрела. Ну, почти.

— Ладно, — я снова попыталась уйти. — Мне пора. Торт я тебе передам через Маргариту Павловну. Или… ну, привезу. Если хочешь.

— Стой, — сказал он.

Я остановилась.

— Что?

Он посмотрел на меня. Долго. Так, что у меня внутри что-то ёкнуло. Неприятно? Нет. Приятно? Тоже нет. Просто… ёкнуло.

— Ты сказала, что испечёшь мне торт, — напомнил он.

— Ну да. Два торта. Я помню. Честное снегурочкинское.

— Я передумал.

Я нахмурилась.

— В смысле передумал? Тебе не нужен торт? Отлично, я не против. Меньше работы.

— Мне нужен не торт, — сказал он. — Мне нужен подарок.

Я уставилась на него.

— В смысле? Ты хочешь, чтобы я тебе что-то подарила? За то, что ты постоял с рогами?

— Нет, — он вздохнул, будто объяснял что-то очень тупому человеку. — Я хочу сделать тебе подарок.

— Мне? — я ткнула себя пальцем в грудь. — За что?

— За то, что я давно так не смеялся.

Я открыла рот. Закрыла. Потом снова открыла.

— Данил, ты… — я замялась. — Тебе не нужно ничего мне дарить. Я серьёзно. Я просто выполняла свою работу. Ну, почти. И ты меня выручил. Мы в расчёте.

— Анжела, — сказал он, и голос его стал таким… твёрдым. Властным. Как у человека, который привык, что его слушаются. — Сядь в машину.

— Что? — я попятилась. — Нет! Я не поеду никуда!

— Почему?

— Потому что я тебя не знаю! Ты — незнакомый мужчина! Я, может, вообще не должна была тебя в садик тащить! А теперь ты хочешь меня куда-то везти? А вдруг ты маньяк?