Книга Под покровительством монстра, страница 22 – Инна Матвеева

Упустила из виду его машину. Да и вроде бы тоже на скорой отправлялся... Обратно на такси?

Неожиданно он. И так незаметно, как обухом по голове. Слишком сильное и внезапное возвращение в реальность.

Так и сижу на подоконнике, глядя в окно, но больше не вижу перед собой ничего. Напряжение возвращается, каждая клеточка тела им пропитывается. Видимо, оно ощутимо: Денис понимает, что я его почувствовала.

— Твой отец под присмотром одного из лучших врачей как минимум страны, а то и мира, — бесстрастно заговаривает Исаев. — Если кто сотворит чудо в этой ситуации, то только он.

Какой тактичный... Чудо, значит.

Но несмотря на формулировку, смысл слов хоть немного вселяет надежду. Становится даже легче. Вера, которую я какое-то время словно потеряла, возвращается. Загорается даже сильнее прежнего. Греет.

Но я не хочу показывать это Денису. Это словно только моё, то, что нужно защищать от любого внешнего воздействия. Хранить в себе и не позволять холоду его глаз всё испортить.

Поэтому только и отвечаю в тон Денису:

— Благодарю за всё.

И не поворачиваюсь в его сторону. Даже снова ищу взглядом экстремальную незнакомку, но та как исчезает.

— Завтра днём можешь его навестить, — всё так же ровно добавляет Денис. — Я отвезу тебя.

А вот тут мне уже сложно оставаться невозмутимой. Внезапная новость. Конечно, ничего такого в этом нет — дочь имеет право даже нон-стопом сидеть там в больнице и оставаться с отцом. Но после сегодняшнего запрета я боялась, что не увижу его до выздоровления...

На которое уйдёт неизвестное количество времени. А уж о том, что отец может и не поправиться, лучше не думать ни секунды.

Невыплеснутые эмоции рвутся изнутри, и я всё-таки соскакиваю с подоконника. Разворачиваюсь, зачем-то делаю шаги в сторону Дениса. Хотя и не смотрю ему в глаза — его бесчувственное и холодное лицо сейчас последнее, что хочется видеть. Особенно теперь, после пережитого. Мне нужны поддержка, заверения, что всё действительно будет хорошо. И нет вообще никаких шансов получить что-то такое от Дениса.

— Очень любезно с твоей стороны, — как ни стараюсь, не удаётся произнести это непроницаемо.

Голос предательски дрожит. Кажется, я на грани... А значит, надо срочно уйти отсюда, чтобы не разреветься прямо при Денисе.

— Богдана... — вдруг окликает он непривычно мягко.

Машинально останавливаюсь на полпути к двери, но не оборачиваюсь. Если Денис вдруг, непонятно почему, примется утешать меня, я точно не выдержу.

— Помимо людей, которые преследуют вас с отцом, есть и другие, — вопреки ожиданиям заявляет Денис уже привычным отчуждённым тоном. — Куда более опасные. И пока я не могу понять, что и от кого им надо. Моё распоряжение насчёт сопровождения — не прихоть. Как и сейчас... Если бы мы выехали в больницу большой группой, точно привлекли бы внимание. А с твоим присутствием охрану пришлось бы расширить.

Не удержавшись, всё-таки разворачиваюсь и смотрю ему в глаза.

Их холод на время исчезает, впустив в себя нотки жизни — хотя это скорее затаённая горечь. Едва уловимая. Но почему-то прям уверена, что мне не показалось.

И я верю ему. Понимаю удивительно чётко: причина действительно в этом, а не во вредности Дениса. Неважно, почему вдруг он удостоил меня объяснением своего поступка, но не соврал. Реально в моменте решил, что так будет лучше.