Книга Моя любимая неприятность, страница 7 – Настя О

— Как и то, что я все еще являюсь вашим придворным некромантом, милорд.

Сириус Восьмой знал, что товарищ ненавидит подобные вопросы, однако вслух никогда не выскажет неодобрения. Всему виной было врожденное чувство такта герцога Риверстоуна, о котором раньше ходили легенды.

Все изменилось после того, как в деревне Эсфот кто-то превратил всех жителей в умертвия. Когда Родерик решил эту проблему, его стали по-настоящему бояться. А деревня стала называться Мертвой.

Это был тяжелый выбор, но Риверстоун сделал его, чтобы не увеличилось количество жертв. Недавно воскрешенные умертвия могли наделать множество бед, если бы Родерик вовремя от них не избавился.

— Мне не нравится магический фон воронки, Родерик, — дипломатично заявил король.

— Желаете остановить ритуал, когда мы так близко к цели? — осведомился некромант, не отрываясь от своего занятия.

— Ты все время переворачиваешь мои слова с ног на голову! — пожаловался король. — А я всего лишь пытался сказать тебе, что переживаю за тебя.

— Не переживайте, — ровным голосом отозвался Родерик. — Больше энергии, чем есть у меня, этот портал все равно не заберет.

— А что прикажешь делать мне, если это случится? — взвыл король. — И кто будет бороться с последствиями, если мой лучший маг потратит все свои силы?

— Разрешите ничего вам не приказывать, Ваше Величество, — ничуть не смутился Риверстоун. — Позвольте лучше не отвлекаться от ритуала.

Он как раз закончил начертание нужных знаков и принялся произносить заклинание, которое могло открыть портал между мирами. Знаки ограждали портал от того, чтобы он не расширился и не поглотил собой все имеющееся пространство. Родерик слишком хорошо знал, какой могла быть цена ошибки.

Между пылающими изумрудными символами появилась небольшая темно-зеленая воронка. Затем она начала расширяться, пока, наконец, в диаметре не достигла человеческого роста. По краям закручивающегося портала стали вспыхивать молнии — верный признак того, что нужный пассажир зашел в портал. Значит, браслет Эбигейл скоро будет у них.

Риверстоун сосредоточился: чтобы получить пассажира, требовались собранность и отличная концентрация. Один раз беглец уже ускользнул из его рук. Точнее, беглянка… второго раза допустить было нельзя.

Воронка поднялась над полом. Молнии стали сверкать чаще. Затем Родерик и Сириус Восьмой услышали приближающийся человеческий крик. Женский. А потом Сириус Восьмой с удивлением воззрился на выпавшую из портала незнакомую девушку.

— Родерик, ты уверен, что мы доставили нужного человека? — с сомнением спросил он.

— Теперь — не очень… — признался Родерик, разглядывая девушку.

То, что перед ними без сознания лежала женщина, не вызывало вопросов. Длинные и волнистые светлые волосы разметались по темному мраморному полу, открывая миловидное лицо. Все нужные изгибы и мягкости тоже наличествовали.

Одета только девушка была странно: в обтягивающие синие штаны и странного вида короткие сапоги. Под непривычно коротким сюртуком угадывалось подобие рубашки. А еще — красивая фигура, на которую Родерик тоже успел обратить внимание.

— Надо бы вернуть ее обратно, — ворвался в его мысли голос Сириуса Восьмого.

В тот момент Родерик и понял, что этого сделать не получится. В раскрытой ладони девушки лежал расплавленный браслет Эбигейл.