Книга В объятиях его ненависти, страница 94 – Нина Северова

приемной Демьяна и Артёма — выдыхаю.

— Ну наконец-то, — подхожу к ним.

— Только не говори, что Асылжан уже успел с кем-то поругаться, — Демьян достает

телефон и опускает взгляд на экран.

— Нет, но вас не хватает для поддержки.

— А ты думаешь, ему нужна поддержка? — Артём улыбается своей очаровательной улыбкой и

я задумываюсь, почему Аня ещё не закрыла его в доме.

— Мне нужна. Мне как-то спокойнее, что вы здесь.

— И как я должен это понять? — Асылжан хрипит за спиной и Артём смеётся.

— Не устраивай сцен ревности, прошу тебя.

— Я ещё не начинал.

— Да, но Генриха чуть не съел, — захожу в приемную и беру блокнот со стола.

— А чё он подкатывает? Я сразу обозначил территорию.

— Генрих не заглядывается на чужих женщин, — Демьян убирает телефон в карман и

многозначительно смотрит на Асылжана. — Он женат уже лет тридцать, а Полина ему в

дочери годится.

Ну, не прям так, конечно. Может Демьян не знает, сколько мне лет?

— Это неважно. Просто не надо смотреть, пока есть чем. Я не собираюсь два раза

объяснять.

— Перестань. Никто не заберёт твою жену, — беру Асылжана под руку. — Пора начинать,

время.

Демьян и Артём идут впереди и первыми заходят в конференц-зал. Асылжан

останавливается за дверью и притягивает меня к себе.

— Я тебя люблю, — целую его в губы. — Всё пройдет хорошо, потому что ты проделал

огромную работу. Всё, что здесь происходит — твоя заслуга.

Асылжан улыбается и кусает меня за подбородок.

— Спасибо, девочка моя. Но про пять минут мы поговорим потом.

Муж заходит в зал и здоровается со всеми ещё раз. За большим столом сидит тринадцать

человек и все на него смотрят. Асылжан встаёт у проектора и Эдик выводит на экран

график.

Я сажусь в кресло за всеми и открываю блокнот. Вижу на чистой странице корявый почерк

Асылжана: моя жена. «Моя» — подчёркнуто два раза.

Видимо напоминание, чтобы я не забыла. Но возможно ли это? Конечно же, нет. Асылжан

как ураган, ворвался в мою жизнь и наводит беспорядок. Но я только рада. С ним и

беспорядок — полнейшее спокойствие.

Спустя шесть месяцев

Я смотрю на маленького человека, которого только что родила. Вытираю слёзы ладонью и

вглядываюсь в каждый миллиметр своего ребенка.

Я мама во второй раз.

Сердце сжимается от радости и тихого счастья.

Пока сложно понять, какие черты лица достались от меня, а какие от Асылжана, но

кое-что удивляет.

Всю беременность нам говорили, что это мальчик. Вопреки моим просьбам не

зацикливаться на поле ребенка, Асылжан сделал ремонт во второй детской в синих

оттенках. На десять лет вперёд закупил всевозможные игрушки в виде машинок,

тракторов, самосвалов и чего-то ещё.

В общем, ждали мы сына, но родилась девочка.

Асылжан должен прийти с минуты на минуту и я не знаю как сказать, что теперь в доме

три женщины. Он надеялся, что нас будет поровну и мы с Миланой перестанем трепать

ему нервы. Ну, извините.

Дочь смотрит на меня и я не могу сдержать улыбку. Боже, ты ведь моя вторая дочь. Моя

девочка.

Дверь тихо скрипит и Асылжан останавливается в проёме.

— Ты побрился?

— Мать твоя заставила, — улыбается.

Когда начались схватки мы были в гостях у родителей. Я немного переходила и все

народные средства в виде мужетерапии и хождения по лестнице — не помогли. Но как

только мы приехали к маме и она начала воспитательные беседы, что мы опять что-то не