Книга Бог из Пустоты, страница 175 – Алексей Гапоненко

Полностью лишившись возможности вырваться, машина приняла новое решение. Резко выбросив вперёд правую руку, попыталась достать меня кулаком. Удар выглядел не так впечатляюще, как те, что укладывали меня на асфальт. Хватило вовремя подставленного предплечья, и инерция угасла. Сохраняя блок слева, напряг мышцы правой руки, кожа вздулась, сотней червей под ней. Рубаха треснула и разошлась на лоскуты. Послышались жалобные стоны металла, и очередная конечность врага была разорвана. Лишившись руки, «костюм» попытался отступить, но теперь уже я не позволил. Словно дикий зверь метнулся вперёд, со всей силы выбросив руку с вытянутыми пальцами. Что твоё копьё, острые когти пронзили грудь бота насквозь, позволив мне подцепить его и поднять вверх. Дёргаясь, как насаженный на иглу паук, «костюм» старался пнуть меня, но вместо этого лишь больше заливал маслом из рваной дыры в боку. Его культя молотила по воздуху, разбрызгивая белёсую жижу. Не желая, больше возиться с ним, откинул в сторону. Рухнув на землю безвольной куклой в трёх метрах левее, он ещё какое-то время дёргался, пытаясь не то уползти, не то встать на ноги. Но следить за ним было не интересно, куда сильнее волновали оставшиеся три болванчика.

Сердце стучало, как бешеное, подавая кровь к растущим мышцам. Кожа посерела полностью, а сам я стал на две головы выше. Дышалось, как никогда, легко, каждой клеткой ощущал внутреннюю мощь, готовую вырваться на свободу. Образы, выдаваемые помощником, казались совершенно обыденными, словно я всю жизнь видел их перед глазами. Внутренняя буря лишь набирала обороты. Эти куклы, они пытаются остановить меня! Встали на пути к родителям, смея мешать! Не позволю!

— Уничтож-ж-у-у-у… Я вас-с-с раз-с-сорву, конс-с-сервные банки! Слыш-шиш-ш-шь, ты?! – крикнул я «зелёному пиджаку», стоящему поодаль. Мужчина, пять минут назад казавшийся мне злобным гением, теперь являл жалкое зрелище. Его широко раскрытые глаза неотрывно следили за мной, губа подёргивалась, а лицо исказила такая противная гримаса, что хотелось плюнуть прямо в неё. Он больше не внушал страх, даже волнение ушло. Хищник не испытывает к своей жертве эмоций. Это просто обед. – Твои игруш-ш-шки не спас-с-сут тебя, мраз-с-сь! Ты ответишь за всё!

Услышав мой голос, человек дёрнулся, всем телом подавшись назад. Его инстинкты кричали о побеге, но что-то глубоко внутри мешало, попранная гордость или губительное самомнение. Нечто подобное этому заставило его замереть на полушаге и поднять на меня взгляд, в нём блеснула жестокость. Страх уступил место злобе:

— Убить… Убейте суку! Разорвите нахуй! – из его рта полетели слюни, лицо покраснело от едва сдерживаемой ярости. Маска элегантного сноба раскололась под натиском искренних чувств. Грубо матерясь, он отправил кукол на бойню. Настоящее лицо показалось за маской, лицо безжалостного убийцы, способного на всё ради себя.

— Каж-жется, кому-то наступили на больную моз-з-соль, а? Надеюсь, они хотя бы повес-с-селят меня, обезьянка! Прежде чем я оторву им ноги, разорву тела и вы-по-тро-шу! А потом придёт твой черёд. Моли Бога, чтобы мои родители были живы… Моли его, как никогда, может, он ответит хотя бы тебе…

Три пыльных, но по-прежнему совершенных машины устремились ко мне. Их движения стали ещё быстрее, вероятно, только сейчас полностью освободились от оков, что сдерживали их. Но было поздно, мой сосуд полностью трансформировался. Тело перестроилось в боевой режим, кости, артерии, мышцы, клетки и даже атомы готовы к бою. Стив стал оружием, готовым к выстрелу. И пусть времени осталось совсем немного, едва ли больше минуты, но этого хватило с лихвой. Я готов к этому, впервые за всю грёбаную жизнь делаю то, что действительно… по-настоящему хочу! Я заставлю этого говнюка заплатить, чего бы мне это ни стоило! Пусть горит в аду!