Книга Танец кружевных балерин, страница 98 – Людмила Мартова

Телефон запел, сообщая, что звонит ее подруга и коллега Лида. Снежана неожиданно встревожилась. Заболела, что ли? Хочет сообщить, что не выйдет на работу?

— Снежок, ты скоро придешь? – спросила Лида. Голос у нее был странный.

— Да, уже спускаюсь. Что-то случилось?

— Приходи. Увидишь. – Ее заместительница сразу же отключилась.

Взяв связку ключей и крикнув маме и дочке, что уходит, Снежана сдернула с вешалки пуховик и выскочила из квартиры, словно за ней гнались. В клиентской зоне на входе, той самой, где посетители могли выпить кофе на мягком кожаном диванчике, посмотреть образцы тканей и пролистать альбомы с последних мировых показов, которые Снежане теперь регулярно поставляла тетушка, толпились сотрудницы, которым полагалось находиться на своих рабочих местах в закройном или швейном цехе.

У них был маленький, но дружный коллектив, практически не меняющийся с самого открытия. Снежана за главную, Лида – ее заместитель, Светлана Николаевна – бухгалтер, а еще Маша, Оля, Катя и Ирочка, пришедшая два с лишним года назад на смену Гале. С Галей они расстались из-за ее предательства.

Простить предательство, даже вынужденное, Снежана не смогла. Галка в ногах валялась, умоляя забыть, тем более что уголовное дело против нее закрыли, сочтя вклад в совершенное преступление несущественным. Снежана даже посомневалась какое-то время, потому что свято верила, что ошибиться может каждый, но девочки были непоколебимы, не желая работать рядом с негодяйкой.

Сейчас все шесть ее работниц толпились в клиентской зоне, возбужденно о чем-то переговариваясь. При виде Снежаны они разом замолчали и уставились на нее.

— Вы что? – спросила она. – Вы так на меня смотрите, как будто у нас в ателье труп. Хорошо, что вы здесь все, так я точно понимаю, что труп не ваш.

— Трупа нет. – Мрачно начала Лида. – По крайней мере, пока. Но какая-то хрень все равно происходит. К нам опять кто-то влез и снова открыл дверь ключами.

Галино предательство как раз и заключалось в том, что она дала преступнику ключ от ателье, чтобы он мог спокойно обыскать помещение. Но Галя с ними больше не работала, так что, почему напряглись девочки, Снежана понимала. И откуда растут ноги у нового происшествия, понимала тоже. В этот раз нет никакого предательства. Дверь открыли ее ключами, теми самыми, которые вытащили у нее из кармана, пока она валялась в подъезде без сознания.

— Жертв, я так понимаю, нет, – вздохнула она. – А разрушений?

— Разрушения как раз есть. – Лида была все так же мрачна. – Сама посмотри.

Руководствуясь кивком ее головы в сторону пошивочного цеха, Снежана зашла в помещение и остолбенела. В одной из стен, слева от окна, если стоять к нему спиной, зияла огромная дыра, открывающая заделанную при ремонте гипсокартоном нишу. В Снежанином детстве на первом этаже ее дома располагался продуктовый магазин, и в этих нишах, выдолбленных в стенах еще при строительстве, находились полки с консервами. Выкупив помещение под ателье на последние оставшиеся после смерти отца деньги, Снежана решила, что ей эти ниши не нужны, а потому заделала их, выровняв стены.

Ниша была не только в этом помещении, но и в других, однако во всем ателье взломана оказалась только одна стена. Снежана прикинула, какая именно, по всему выходило, что та, которая в квартире Лидии Андреевны этажом выше располагалась в библиотеке, а в ее собственной квартире еще выше – в мастерской. Интересненько, как говорил ее муж, следователь Зимин.