Книга Танец кружевных балерин, страница 116 – Людмила Мартова

— Господин Фальк говорил моей тете, что его отец нашел Анну. Но это удивительно, что вы тоже с ней знакомы. Такие совпадения обычно являются знаковыми. А Шувалова говорила своему сводному брату о знакомстве с вами?

Александра пожала плечами:

— Я не знаю. Мы с Анной не обсуждали, рассказала она о нашем случайном знакомстве или нет. Она действительно очень болезненно относится ко всему, что связано с ее биологической матерью.

— Саша, – начала Снежана, решившись. – Я буду говорить начистоту. Дело в том, что Вернера Фалька интересует одна вещь, которую его отец украл в доме Строгалевых и, спрятав, оставил в России.

— Вы про старинную пуговицу с изумрудами? – воскликнула Белокопытова. – Да-да, я тоже в курсе, мне Анна рассказала.

— А она знает тоже от Вернера?

— Нет, от своего отца. Да, пожалуй, Вернер действительно не хочет с ней это обсуждать, потому что Анна не проявляет к этой истории с кладом совершенно никакого интереса. Правда, по ее рассказам я поняла, что и Вернер Фальк поставил крест на этой старой истории. Получается, я ошибалась и он все-таки намерен найти пуговицу?

— Да. И не он один. Если вы в курсе истории появления этой ценной вещички в доме Фальков, то не будете удивлены, что пуговицей интересуется потомок ее настоящего владельца, передавшего ее отцу Клеменса. Он приходил к Вернеру Фальку, он часто бывал в Вологде, более того, он и сейчас здесь. И вряд ли это может быть простым совпадением.

— Какая детективная история, почти шпионская. – Белокопытова улыбалась, но глаза у нее были какие-то тревожные. – Если честно, меня этот аспект происходящего взволновал не так уж и сильно. То, что Лидия Андреевна до самой своей смерти не знала о том, что у нее есть племянница, кажется мне гораздо более важным. И весьма печальным. Она была очень замкнутым человеком, после смерти мужа осталась совсем одна, и я все думаю, как бы она радовалась, если бы Анна согласилась с ней познакомиться. Да и в том, что они бы вдвоем съездили на могилу Надежды Андреевны, тоже заключалась бы высшая справедливость. Она была хорошим человеком и очень несчастным. Надломленным жестоким отцом и судьбой. А пуговица… Мы обсуждали с ребятами… Я имею в виду своих школьных друзей…

— Три С, – улыбнулась Снежана.

В глазах собеседницы опять мелькнуло и пропало какое-то странное выражение. То ли горькое, то ли злое.

— Да. Три С. Один из которых стал моим мужем, а второй без боя меня уступил, чтобы пропасть на тридцать лет. Впрочем, это не важно. Дело в том, что Надежда Андреевна умерла на наших глазах. Мы трое были у ее постели в тот день. И перед самой смертью она сказала по-немецки три слова: записка, статуэтка и пуговица. Мы тогда никак не могли понять, что это означает. И только после того, как Анна Валентиновна рассказала мне историю, услышанную от ее родного отца, часть головоломки встала на место. Правда, так и непонятно, что означало слово «записка».

— Когда Надежда Андреевна уезжала в Ленинград рожать, она встретилась с Клеменсом.

— Да, я знаю. Именно тогда он раскрыл ей тайну статуэтки.

— Да, но он передал ей записку, в которой объяснил, где именно спрятал кружевную танцовщицу.

— Вот как? – Теперь Белокопытова смотрела очень внимательно. – Про записку Анна не в курсе. А раз так, значит, и Вернер тоже. Могу я узнать, откуда о ней знаете вы?