Книга Уравнение с тремя неизвестными, страница 44 – Людмила Мартова

— Да, этот разговор слышала Нина Невская, – задумчиво согласился Дорошин. – Но вряд ли он мог стать поводом для убийства. Владимир Николаевич, Татьяна сегодня по моей просьбе позвала в гости Гелену Волкову, шарф забрать. И скажу я вам, что с балериной этой все совершенно непонятно, но из-за своего шарфа нервничает она очень сильно. Тут же пообещала, что часов в пять будет у нас. Вы приедете?

— Загляну, – благосклонно заметил Бекетов.

* * *

Так получилось, что к вечеру в доме Киреевых собралось достаточно много народу. К Татьяне, Грише, Павле, Нине, Дорошину, Лене и Горелову прибавились Бекетов, нервная, с красными пятнами на щеках Гелена, а также соседи Леонид и Екатерина Кисловские.

Татьяна растеряно смотрела на рассевшихся в гостиной людей, не совсем понимая, за что ей хвататься.

— Сиди, – шепнула ей Лена и, кивнув Нине, прошла в кухню.

Невская послушно пошла за ней.

— Давай быстренько сообразим что-нибудь на ужин, а то люди пришли, неудобно, – предложила Лена.

— Да, конечно, – тут же согласилась молодая женщина и распахнула холодильник. – Салаты остались, думаю, они еще не испортились. Пирожки тоже есть. С мясом, с яйцом и с брусникой. Разогревать?

— Конечно. Мясо размораживать долго, так что я сейчас сосиски сварю и картошки нажарю на двух сковородках. Справимся, я так думаю.

Через полчаса они вернулись в гостиную, чтобы пригласить всю ораву к столу. На плечах Гелены красовался оставленный ею под окном шарф, расшитый разноцветными камнями. Вид у нее был достаточно безмятежный, хотя балерина старательно не смотрела ни на одного мужчину в комнате. Лена подошла ближе к мужу и вопросительно посмотрела ему в лицо. Тот кивнул, и они отошли в сторонку, к окну, пользуясь неизбежной при переходе из комнаты в комнату суматохой. Остальные проходили в столовую, рассаживались за столом, с шумом отодвигали стулья, звенели приборы, голоса переговаривающихся сливались в единый гул.

— Хочешь знать, как балерина объяснила оставленный здесь шарф?

— Ага.

— Сказала, что вернулась с мужем домой и, раздеваясь, обнаружила, что потеряла подаренное им кольцо, очень дорогое. Так как она была убеждена, что ее Петр сильно расстроится, узнав о пропаже, то дождалась, пока он ляжет спать, взяла такси и вернулась сюда.

— Это же бред, – не выдержала Лена. – Она же не могла не понимать, что хозяева давно легли спать, а значит, для того, чтобы поискать свою пропажу, ей придется перебудить весь дом.

— Она говорит, что знала, что могла потерять кольцо только в саду, потому что в дом не заходила.

— Ложь, – снова не выдержала Лена. – Я своими глазами видела ее в доме. Точнее, я видела, как Гелена из него выходила, зато слышала ее просто прекрасно. И что, нашла она свое кольцо?

Дорошин усмехнулся.

— Да, она даже нам его продемонстрировала. Весьма дорогое колечко со здоровенным солитером. Говорит, что, пока искала его в траве, не заметила, как соскользнул шарф. Спохватилась опять только дома, но так как шарф особой ценности не представляет, то снова возвращаться уже не стала.

— И не поспоришь, – задумчиво бросила Лена. – Потому что никаких доказательств, что все было не так, у нас нет. Ладно, пойдем в столовую.

За столом Нина Невская рассказывала гостям историю Пети и Лизы Токменевых, изображенных на двух портретах кисти Алексея Никанорова. Слушали все внимательно, особенно Леонид Кисловский. Лена оказалась за столом рядом с Геленой Волковой и весь ужин то и дело морщилась от тяжелых, слишком сладких духов, которыми, казалось, была пропитана балерина. Господи, астму заработать можно.