Книга Цветочный детектив, страница 6 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

Крымов и Кассандра с любопытством переступили порог.

— Ого! – воскликнул Андрей.

Это была химическая лаборатория! Тут тоже вдоль стен шли стеллажи, но на них стояли колбы и реторты, ящики с разнокалиберной посудой и химикатами. Долгополов сбросил курточку, надел халат, висевший в углу, подошел к большому столу с хитрым аппаратом и стал готовиться к эксперименту, ставя и укрепляя колбы и реторты. Крымов и Лопухина переглянулись. Детектив заговорщицки подмигнул девушке. С их стариком в эти минуты даже заговорить было страшно, с таким усердием и скрупулезностью он работал.

— Как у средневекового алхимика, – прошептала Кассандра. – Правда?

Бодрый старик услышал ее. Оглянулся на Крымова, хитро и заговорщицки подмигнул ему.

— Устами младенца! Четыреста пятьдесят лет назад, девушка, – обратился он к Кассандре, – один рыцарь, которого звали Агриппа Неттесгейм, известный в империи экзорцист, посетил в Мюнхене дом не менее известного мага и алхимика Антония Августина Баденского. Тот жил на улице Оружейников. У них оказалось общее дело и общий объект для розыска. Припоминаете, Андрей Петрович?

О да, Крымов припоминал! С Антоном Антоновичем Долгополовым можно было многое что припомнить! Чего, казалось бы, и на свете не могло существовать. Но ведь было, было!

— У того мага в подвале дома была точно такая же лаборатория, – не дождавшись ответа, продолжал Долгополов. – Попроще, поскромнее, но тоже неплохая. Ну так что, Андрей Петрович, помните?

— Помню, Антон Антонович, – кивнул Крымов. – Я все помню.

— Это хорошо! В той истории, милая Кассандра, двое воинов света охотились на неуловимого и зловещего доктора Фауста! Вот это был противник! Любого мог вокруг пальца обвести.

— Еще одна ваша сказка? – беззаботно спросила Кассандра. – Только на этот раз на двоих?

— Еще одна наша быль, – как бы между прочим откликнулся Долгополов. – Ну что, детки, готовы?

Он вытащил из ящика стола огромные очки, в каких ездили по городам Европы первые автомобилисты и пугали невинных прохожих, доводя их до сердечного приступа, надел их и стал похож на старого злоумышленника-жука. Вот-вот взмахнет ручками-крылышками, взовьется, зажужжит и станет парить под потолком своей подземной лаборатории, натыкаясь и сшибая предметы.

— Не укусите? – спросил Крымов.

Кассандра хохотнула в кулачок.

— Посмотрим на ваше поведение, – ответил Антон Антонович. – А вы следить будете за экспериментом?

— Будем, – кивнула девушка.

— Тогда надевайте такие же, – сказал Долгополов и достал из старого шкафа пару точно таких же кошмарных очков на пол-лица, только новых.

Втроем они стояли перед хитрым аппаратом, в котором все булькало и шипело, немного разбрызгивая в стороны пенистую синеватую жидкость. Уже были брошены один за другим три лепестка убийственной розы, – они то и дело меняли цвет, когда новая жидкость или порошок попадали к ним в колбу. А Долгополов все что‐то подливал, подсыпал, бормотал, ругался, удивлялся самому себе. И твердил: «Ох, как плохо! Ох, как плохо‐то! Совсем плохо!»

— Он точно знает, что делает? – шепотом спросила Кассандра.

— Он точно знает, – ответил за Крымова хозяин лаборатории и всыпал еще один порошок в колбу. – Ох, как нехорошо‐то, дети мои!

— Можешь не сомневаться, Дмитрий Менделеев отдал бы год жизни за то, чтобы увидеть такое, – кивнул Андрей. – Или два.