Книга Круиз на краю бездны, страница 35 – Людмила Мартова

Неотступные мысли вызывали чуть ощутимый привкус горечи. Может, и экскурсия ей от того не нравилась, что Таисии трудно было сосредоточиться на рассказе экскурсовода. А той вовсе не надоело талдычить одно и то же, и она искренне любит свой город и его историю.

— В конце XI века в северной части кремлевского холма, в удобном для обороны месте возникает славянская крепость, положившая начало городу Переяславлю-Рязанскому, – рассказывала между тем экскурсовод. – Здесь вы увидите Успенский и Христорождественский соборы, знаменитую колокольню Кремля, здание Дворца Олега – памятник архитектуры XVII–XIX веков. Когда-то здесь находился княжеский двор, затем палаты рязанских архиереев, а сейчас хранятся исторические экспонаты Рязанского края.

— Костик, мне надо с тобой поговорить. – Женский голос, нервный, какой-то придушенный, вторгся в этот рассказ, и Таисия невольно оглянулась.

Чуть в стороне от всей остальной группы стоял «модник», которого, как она теперь знала, звали Костиком, и рядом с ним одна из двух подруг, споривших по поводу бабушкиных банок с закатками, та, что повыше. Вера, кажется. Лицо у нее было напряженное.

— Вера, не о чем нам разговаривать. Поговорили уже, – усмехнулся Костик. – Ты зачем на теплоход-то поперлась? Следишь за мной, что ли?

— Мы с Ниной едем в Козьмодемьянск, к ее маме. В гости.

— Ну-ну. И на том же самом рейсе, что и я, вы обе оказались совершенно случайно. – В мужском голосе звучала снисходительная насмешка.

— Нет. Я специально купила именно этот круиз, знала, что смогу тебя тут застать. Нина не в курсе. Она вообще понятия не имеет, что мы с тобой встречаемся. Встречались.

Таисия скосила глаза, отыскивая в толпе ту самую толстушку Нину, которая якобы была не в курсе романа Костика и Веры. Та стояла в самом центре туристской группы, не сводя внимательных глаз с экскурсовода. Того, что ее подруга уединилась с Костиком, она действительно не замечала. Те стояли чуть в стороне и за деревом. Пожалуй, видно их только с того ракурса, где находилась Таисия, не очень увлеченная экскурсией.

— Рядом с музеем Есенина расположен Рязанский областной художественный музей имени Пожалостина, – продолжала вещать экскурсовод. – Его коллекция включает свыше десяти тысяч подлинных произведений отечественных и западно-европейских мастеров XV–XX веков разных видов и жанров искусства. Произведением искусства является и здание музея – памятник архитектуры русского классицизма конца XVIII – начала XIX века. Экспозиции русского искусства в диапазоне от древних икон до произведений мастеров начала XX века представляют полотна Тропинина и Венецианова, пейзажи Айвазовского, Саврасова, Левитана, портреты кисти Перова и Репина, скульптуры Коненкова. Музей располагает коллекцией картин, рисунков, гравюр и произведений прикладного искусства мастеров Западной Европы XVI–XX веков. В залах декоративно-прикладного искусства экспонируется мебель, керамика, стекло, фарфор разных заводов XVIII–XX веков. Народное искусство представлено в работах мастеров художественных промыслов, в том числе рязанских: скопинская керамика, михайловское кружево, сапожковское ткачество, кадомская вышивка.

Таисия вздохнула. Охо-хо, грехи мои тяжкие, вышивку и ткачество ей, пожалуй, не пережить. Зря она вообще поехала на эту экскурсию, нужно было остаться на теплоходе. Хотя зачем? Там-то что делать? В этот момент Таисия Ермолаева вдруг остро пожалела о том, что вообще отправилась в этот нелепый круиз. Они хороши для путешествия парой, чтобы было с кем поговорить и поделиться дорожными впечатлениями. Иначе же одиночество ощущается еще острее.