Книга Шепот кружевных берез, страница 61 – Людмила Мартова

Следователь мимикой изобразил, что не знает. Надо отдать ему должное, слушал он внимательно.

— Она не помнила ничего, что с ней произошло, понимаете? – Во взгляде Уварова она читала, что он не улавливает ее мысль. – Она не помнит, что ее так сильно напугало, точно так же, как Дроздов не помнит, как он убивал Никонова.

— Вы что, хотите сказать, что это Лиза убила Маклакова? – недоверчиво спросил следователь.

Зимин тоже молчал, глядя на жену с некоторым восхищением во взоре. Впрочем, он часто так на нее смотрел.

— Нет, Лиза не могла убить Маклакова, потому что на ее одежде нет следов крови, – покачала головой Снежана. – Но она могла видеть убийцу и очень сильно его испугаться.

— Амнезия, вызванная психологическим шоком? – заинтересовался Уваров. – То есть если вывести девушку из этого состояния, то она может стать ценным свидетелем? Интересное замечание.

— Если бы не первое убийство, в котором Дроздов не помнит ничего с того момента, как оказался в офисе своей компании, я бы тоже так подумал, – медленно сказал Зимин. – Но в данном случае похоже, что их амнезия вызвана не шоком, а воздействием какого-то химического вещества. Психологический механизм защиты у двух разных людей не может быть одинаковым. Знаете, что такое антероградная амнезия? Это когда в период действия препарата затруднено формирование новых воспоминаний. Ну, и есть вещества, при которых она возникает одновременно с ретроградной амнезией, когда память стирает события, которые произошли непосредственно перед приемом вещества.

— Анализы у этой вашей Лизы брали? – быстро спросил Уваров. – И у Дроздова? Что показала токсикологическая экспертиза?

— Чисто, – пожал плечами Зимин. – И в первом, и во втором случае. Но это ни о чем не говорит. Общий анализ может ничего не показать, а для поиска конкретного вещества нужно понять, что именно мы ищем. И время в данном случае нам не союзник. Вся эта отрава так быстро распадается…

Муж остался со следователем, а Снежана вернулась в санаторий, где уже успел распространиться слух об ужасном событии и который от этого словно замер, погрузился в анабиоз. Ей тоже не хотелось никуда выходить. Отчего-то навалился страх за детей, липкий, душный, парализующий. Снежана пришла в мамин номер и не отходила от своих малышей ни на шаг, ожидая, пока вернется муж.

— Где папа? – то и дело спрашивала маленькая Танюшка. – Он же к нам приехал.

— Да, к нам, но у него появились дела по работе, – в который уже раз повторяла Снежана.

Их дочка к слову «работа» относилась серьезно и никогда не капризничала от того, что папе или маме нужно уходить по делам, но сейчас, видимо, тоже ощущала всю нервность обстановки, а потому не унималась.

Выйти на ужин все-таки пришлось. Снежане есть совершенно не хотелось, но детей не оставишь голодными. И одну маму с ними не отпустишь, да и не даст ей мама остаться совсем без ужина. Зимин еще не вернулся, так что в ресторане Снежана сидела за столом, безучастно ковыряя вилкой свой салат.

— Как Лиза? – спросила она у соседки Тани.

— Лучше, – улыбнулась девушка. – Врачи сказали, что завтра ее отпустят. Голова больше не кружится и слабость прошла. Она только очень напугана тем, что с ней случилось, потому что совершенно ничего не помнит.

— Мы завтра же с утра уезжаем, – резко и громче, чем следовало, сообщила за соседним столиком та самая москвичка, с которой Снежана ходила на экскурсию по усадьбе. – Ни минуты не останусь в месте, где происходят столь страшные события. И всем советую сделать то же самое. Особенно вам, милочка, – она повернулась в сторону Снежаны. – У вас же дети.