Книга Со льдом, страница 20 – Ивар Лёкке

— Ильке, это детектив Мортен Соренсен, – проговорила старший детектив. – Прибыл из Центрального управления, чтобы помочь нам с делом Мюре.

— Из центра, говоришь? – Улыбка стала еще острее и шире. – Неужели из самого Осло?

— Да, из Осло.

— Какая удача! Вроде до Рождества еще больше месяца, а тут такой подарок. Ммм…

— Я бы хотел увидеть тело Лины Мюре, – встрял Мортен, чувствуя себя слегка не в своей тарелке от столь явного… хотелось бы надеяться, что хотя бы не анатомического… интереса. – Нужно уточнить пару моментов.

— Конечно-конечно, – обрадовалась Ильке, как будто Соренсен только что пригласил ее на свидание. – Дайте мне пять минут, детектив, я все подготовлю. И руки заодно помою от образцов.

Бросив на него многообещающий взгляд, она вновь скрылась за дверью секционной. Мортен повернулся к Майе, чтобы вполголоса поинтересоваться, что это, собственно, было, но старший детектив опередила его, заговорив первой:

— Пожалуй, оставлю вас одних. Мне надо в администрацию клиники договориться о транспортировке тела Лины в Скардвик.

Соренсен выгнул бровь.

— Что, неужели опекуны наконец-то вспомнили о подопечной?

— Если бы. – Майя вздохнула. – У Хауге нет денег на похороны. Поэтому нужна дотация от муниципалитета, чтобы организовать церемонию и оплатить место на кладбище. Мы подали запрос в администрацию, но, сам понимаешь, через официальные инстанции такие вещи решаются неделями. Пришлось обратиться в фонд «Нордлиг Арв», чтобы нам выделили средства.

— Куда? Не слышал о таком.

— Неудивительно, ты же из Осло. В Сорфьорде о них знают все. Его основательница, Сигрид Хольм, делает для города немало полезного. Финансирует, платит. Лина – одна из ее подопечных, попавших в программу «Нордлиг Арв» по расселению сирот. Видимо, для Сигрид это личное, раз она так охотно откликнулась, когда я обратилась к ней за помощью.

— Мы могли бы сходить вместе после осмотра, – предложил Мортен. – Расскажешь про фонд.

— Нет уж. У меня нет желания лишний раз смотреть на тело.

— Жаль.

Майя усмехнулась.

— Что, боишься оставаться наедине с Ильке? Не пугайся, большая часть ее эпатажного поведения напускная. И ты ей понравился.

— Я небезосновательно опасаюсь, что когда ты вернешься, то найдешь меня голым под простыней на прозекторском столе.

— Не вижу проблемы, если при этом ты не окажешься мертвым.

— Если честно, в последнем я не уверен.

— Будь добр, постарайся, – хмыкнула Майя, прежде чем развернуться и уйти, оставив Мортена на съедение крылатой повелительнице секционной.

* * *

За пять минут Ильке успела заменить старика на Лину, переодеться в чистый халат и обновить блеск для губ. Это заставило Соренсена слегка занервничать, но, к счастью, если Ильке и планировала разложить Мортена на свободном столе, то, по всей видимости, предпочла отложить решительные действия до окончания осмотра.

— Итак, детектив. – Она перебросила на спину косу изящным движением плеч и положила руку на лоб скрытого простыней тела. – Что именно вы хотите узнать?

Она сдернула ткань, и Мортена на мгновение накрыло волной тошнотворного ужаса. Те же чувства, что он испытывал всякий раз после пропажи Рони, когда оказывался в морге на осмотре тела очередной молодой девушки, – страх, неверие, надежда, облегчение, разочарование, – накатили и прошли.