Книга Туманные души, страница 112 – Олеся Павлова

Женщина внимательно вглядывалась в Евгению, словно пыталась что-то понять или прочитать по её лицу.

— А это специально для тебя. Узнаешь его? — сказала она и усмехнулась.

Она махнула рукой, словно подзывала кого-то из глубины. Туман разошёлся, и вперёд вышел маленький силуэт. Совсем крошечный, меньше остальных. Он сделал робкий шаг, потом ещё один, и остановился в нескольких шагах от Жени. Стоял и смотрел, не двигаясь и не улыбаясь. Просто смотрел - так, как смотрят дети, которые не знают, можно ли им подойти, и обнять, или хотя бы заглянуть в глаза.

Женя почувствовала, как сердце сначала замерло, а потом забилось где-то в горле, часто и мелко. Она узнала его. Даже не поняла как, но узнала. Возможно по тому, как он смотрел. Она знала этот взгляд. Она носила его в себе все эти годы, и всё время гнала его от себя. Она снова упала на колени, протянула к нему руки. Мальчик не двинулся, он смотрел на неё и ждал.

— Я назвала тебя Максим, - сказала Женя. Голос сорвался, и она замолчала, чтобы собраться. Потом продолжила, тише: - Я не знаю, нравится ли тебе это имя. Я не знаю, каким бы ты был. Я ничего о тебе не знаю. Кроме того, что ты был. Что ты есть. Что ты - мой.

Мальчик чуть наклонил голову, прислушиваясь.

— Прости меня, - сказала Женя. - Прости. Я испугалась. Я была одна. Я не знала, как. Думала, что если не сейчас, то потом, когда-нибудь. А потом не наступило. Никогда.

Она замолчала. Слёзы текли по лицу, падали в воду, и вода их не принимала, они оставались на поверхности, маленькие тёмные круги.

— Я каждый день о тебе помнила, - продолжила она. - Каждый день. Даже когда не позволяла себе. Даже когда работала до ночи, чтобы не думать. Даже когда убеждала себя, что это было правильно. Я помню. Я всегда помнила.

Она хотела сказать ещё что-то, но слова кончились. Осталось только то, что было внутри. Оно поднималось откуда-то из живота, из того места, где когда-то был он, и подступало к горлу, и не находило выхода. Женя просто стояла на коленях в чёрной воде и смотрела на маленький силуэт, который смотрел на неё. Мальчик подошёл так близко, что она могла бы коснуться его, если бы протянула руку. Он стоял рядом и смотрел в её глаза. И в этом взгляде не было обиды, злости или укора. Она медленно протянула к нему руку ладонью вверх. Мальчик посмотрел на её ладонь, потом на неё и кивнул. Словно сказал: «Хорошо. Я слышал. Я понял. Я не сержусь».

Женя закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Комок, стоявший внутри и мешавший дышать, начал таять. Она открыла глаза и посмотрела на своего сына. Ей хотелось прижать его к себе, вдохнуть запах его макушки и больше не отпускать. Но она помнила, как легко застрять в вымышленном мире и боялась, что снова запустит механизм туманной ловушки, если будет медлить.

— Прощай. Прости меня и спасибо за то, что ты был со мной, пусть даже не долго, - прошептала она.

Слёзы текли, но она не вытирала их. Её сын улыбнулся, провёл по её щеке ладошкой и отступил назад. Он оглянулся на других детей и начал исчезать. Остальные дети тоже начали уходить. Медленно, один за другим.

Туман перед ней снова всколыхнулся. Дети почти исчезли, последние силуэты таяли в дымке, как утренний пар над водой. Осталась только женщина. Она стояла у кромки, всё такая же серая и полупрозрачная, с мокрыми волосами, облепившими лицо. Её плечи опустились, пальцы разжались и руки безвольно повисли вдоль тела.