Книга Туманные души, страница 111 – Олеся Павлова

Она сделала ещё полшага. Туман перед ней дрогнул и расступился, а потом сомкнулся за её спиной. Команда осталась на берегу. И начала читать молитву. Снова. И снова. Не останавливаясь.

* * *

Неплотная туманная дымка окружила Евгению. Она стояла по щиколотку в чёрной воде и чувствовала, как от ног поднимается ледяной холод и растекается по телу.

— Я знаю, что вы здесь, - сказала она. - Я пришла поговорить с вами. Я не знаю, станет ли вам легче, нужен ли вам этот разговор. Но я хочу назвать вас, признать ваше существование. Больше нельзя делать вид, что вас как будто бы не было.

Женя видела, как изо рта вырываются облачка пара при её словах, чувствовала, как похолодел кончик носа и онемели мизинцы на руках. Ей становилось всё холоднее.

Она стояла в полной тишине, и вдруг, почувствовала сильный толчок, потом еще один и еще, как будто много маленьких ладоней толкали её со всех сторон. Она еле устояла на ногах, чуть не упала в воду, а когда смогла выровняться увидела их.

Они стояли в тумане. Дети. Много. Стояли по колено в воде, и вода вокруг них дрожала. Лица были размыты, было видно только глаза. И эти глаза смотрели на неё.

— Вас не называли, - сказала Женя. - Не хоронили. Не оплакивали. Ваши матери пили отвар и делали вид, что ничего не случилось. Им говорили, что вы еще ненастоящие, что так надо. Что иначе не выжить.

Туман всколыхнулся, из его глубины донёсся звук, похожий на стон.

— Вы злитесь, - продолжила она. - И вы имеете на это право.

Она опустилась на колени. Вода дошла до бёдер, но она не замечала.

— Я тоже злилась. На всех. На себя. Но злость не убирает боль. Она её прячет.

Дети не двигались. Они ждали.

— Я не могу забрать вашу боль, - сказала Женя. - Она ваша. И она настоящая. Но я могу её назвать и перестать делать вид, что вас не было.

Она подняла голову.

— Я признаю вас. Всех. И вашу боль. И вашу злость. И вашу обиду. Всё, что вы несли все эти годы.

Тени дрогнули. Одна из них - маленькая, тонкая - сделала шаг вперёд.

— Ты правда видишь нас? - спросила она. Голос был тонкий, неуверенный.

— Вижу, - ответила Женя. - И тебя, и всех остальных.

Туман замер. На секунду всё стихло и из тумана вышла женщина.

Она была как вода - серая, полупрозрачная, с мокрыми волосами, облепившими лицо. Глаза у неё были пустые и равнодушные.

— Ты, - сказала она. - Ты тоже, такая же как они.

— Да, - ответила Женя. - Я тоже отказалась от ребёнка и теперь расплачиваюсь за это.

— А я не отказывалась! – зло выкрикнула женщина

— Я знаю. Твоего ребёнка убили не по твоей воле. Тебе не оставили выбора.

Женщина зло усмехнулась.

— Они убили моего сына, - сказала она. - А я убила их всех.

— Ты прокляла. А проклятие вернулось к тебе. И к ним. И к этим детям.

Женщина обернулась на силуэты, которые всё ещё стояли за пеленой.

— Они мои, - прошептала она.

— Нет, - твёрдо сказала Женя. - Они не твои. Они просто дети. Им не нужна месть. Им нужен покой.

Женщина не двигалась. Тогда Женя поднялась с колен и шагнула к ней.

— Я понимаю тебя, - сказала она. - Я понимаю, как это - терять. Как это – злиться и хотеть, чтобы всем было так же больно, как тебе.

Она остановилась совсем близко. Туман между ними был как стекло.

— Но они не должны страдать за нашу боль. Ни твой сын, ни эти дети. Они должны уйти.