Книга Во чреве кита, страница 14 – Даниель Краус

Махи Джея похожи на капризы младенца. Он не движется никуда, кроме как вниз.

Может, он выжил во время предыдущих погружений в «Монастыре» только благодаря присмотру великого Митта Гардинера? Джей оставался весьма активным с тех пор, как уехал из дома. Баскетбол с Четом. Бег с Теклой и Мэнди. Он ездит на велосипеде практически везде, куда бы ни направлялся. Но мышцы дайвера — это другое дело, и облегающий костюм «Хендерсон» точно показывает ему, во что обошлись два года перерыва. Пресс, как тесто, бедра, как палки, лёгкие, которые думают, что знают, что такое аэробные упражнения, но на самом деле не знают.

Он гребёт сильнее. Он чувствует, как его дергает течением.

— В чём разница между течением и приливной волной?

— Приливная волна — это… Это, типа, когда прилив тянет воду вдоль пляжа.

— Особенно в месте с волнорезом, например, в бухте. А отбойное течение?

— Это когда обратный прибой прорывается, типа, через разрыв в песчаной косе. И — вууууу!

— Какие три воздушных кармана у дайвера?

— Я встретил парня по имени Джетти.

— Нет, не встречал. Какие три воздушных кармана?

— Встречал, встречал. О, постой. Джерри.

— Сосредоточься, Джей.

— Лёгкие, маска и… эвкалиптовая трубка. В ухе.

— Евстахиева труба. А как называются электрорецепторы в черепе акулы?

— Электро… Папа! Это слишком сложно!

— Каждый, кого ты видишь здесь работающим, если бы я их спросил, они бы знали. Ты хочешь иметь возможность разговаривать с ними, не позорившись?

— Я не хочу с ними разговаривать. Я хочу домой.

— Мы никуда не пойдем, пока ты не ответишь правильно. Факты важны. Ответ — ампулы Лоренцини.

— Это дурацкий факт! Никто этого не знает!

— Ну, теперь ты это знаешь. Когда-нибудь, каким-то образом, который ты даже представить себе не можешь, один из этих так называемых дурацких фактов спасет твою дурацкую жизнь.

Митт научил его, что делать. Прежде всего, не теряй голову, потом греби параллельно пляжу — нескольких футов должно хватить, канал подводного течения узкий, имеет форму песочных часов. Джей не собирается придавать словам Митта слишком большого значения. Любая брошюра по плаванию, любой поиск в интернете скажет тебе то же самое.

Действительно, несколько гребков — и бурлящая волна отпускает его. Вот так Джей прошел зону прибоя. Он плывет на спине, надевает левую ласту, тяжело дышит через регулятор. Брызги четко слышны сквозь его капюшон и приятно обдают его раскаленные щеки. При таком неспокойном волнении он сомневается, что «Грязные CG» его заметили. Но впереди его ждут трудности. Скалы — не единственная причина, по которой дайверы не погружаются отсюда.

Густая чёрная тень тянется на тысячу футов прямо в бухту, словно крадущаяся доисторическая змея. Лес ламинарии. Под водой это рай для фотографа: стебли достигают сорока футов в высоту, а волнистая зелень на фоне раскаленной, покрытой рябью воды солнечной печи создает поистине мистическую атмосферу.

На поверхности лес ламинарии напоминает нефтяное пятно.

Джей направляется к тому месту, которое кажется самым редким. Волна поднимает его, ламинария исчезает, затем волна катится дальше, и он погружается в раскрытую ладонь листьев горчичного цвета, размером в половину его самого. Они обхватывают руки и ноги Джея, как языки, — тяжёлый, слюнявый захват. Он пытается оттолкнуться ногами, но только запутывает обе ноги в ещё более густых листьях.