Книга Мир с честью. Война с честью. Размышление об обычае войны, страница 14 – Алан Александр Милн

Нижеследующая притча, хоть и содержит весьма маловероятную историю, тем не менее показывает (насколько я вообще способен показать это) разницу между этим инстинктом и обычаем.

Жил-был человек, владелец сада, который приносил ему огромное счастье. Он наслаждался им в любое время года, но больше всего любил его в начале мая, потому что в мае расцветали тюльпаны – его главная гордость. Всю зиму он жил ожиданием той красоты, которая раскрывалась перед ним в мае. Всю долгую зиму, ожидая появления первых нерешительных листочков, все робкое начало весны, наблюдая, как клумбы и зеленые изгороди постепенно обретают форму, он то и дело говорил себе, что через столько-то недель настанет великолепие, и сад наполнится упорядоченным буйством красок, которое доставит ему величайшую радость.

Но вот в сад явился злоумышленник – человек, ненавидевший сады, лично владельца сада или, быть может, он просто ненавидел все прекрасное. Однажды апрельским днем он вошел в сад и принялся рубить головки тюльпанов. А владелец сидел в своем кресле (ведь был приятный теплый день) и смотрел, как тот ходит повсюду и уничтожает грядущую красоту.

Он думал, что ему делать.

И что же ему было делать? Давайте подумаем и мы.

Если он соответствующего склада характера, он мог бы занять миролюбивую позицию, подставив злоумышленнику вторую щеку. Он мог бы сказать себе, что этот бедолага, очевидно, получает так мало удовольствия от жизни, что нельзя мешать ему, когда он наконец нашел способ развлечься. Он мог бы сказать: «Извините, сэр, но в глубине сада осталось еще несколько тюльпанов, которые вы, кажется, пропустили. Смотрите, как возвышаются их бутоны. О, вот уже и нет…» Затем он мог бы указать ему на альпинарий, который можно разнести после того, как он разберется с тюльпанами.

Или, будь он логического склада ума и придерживайся убеждений, что сила – не аргумент, он попробовал бы воздействовать разумом. «Давайте, милейший сэр, – воскликнул бы он, – обсудим этот вопрос вместе, выложив все карты на стол. С одной стороны, я, безусловно, владею всеми этими тюльпанами. Более того, у меня до сих пор хранится квитанция на луковицы, из которых они выросли, и я с удовольствием вам ее предъявлю. С другой – вы, безусловно, владеете сильной рукой и прекрасной ротанговой тростью…» И с каждой следующей репликой еще дюжина тюльпанов лишалась бы своих бутонов…

Или же, будучи законопослушным гражданином, убежденным, что государство должно следить за соблюдением справедливости между людьми, он поспешил бы в дом и позвонил деревенскому полицейскому. Вероятно, к моменту его прибытия злоумышленник уже скрылся бы, довершив свое злодеяние. В таком случае он мог бы воспользоваться дальнейшими услугами закона. Например, подать иск против своего врага и потребовать большой компенсации за уничтожение цветов. А заодно привлечь его за незаконное проникновение на территорию. Но, увы, иск не вернул бы срезанные бутоны тюльпанов. Никакие деньги не смогли бы возместить утраченную красоту, которую ему в ином случае принес бы месяц май.

Поэтому, если он по-настоящему любит свой сад, он не поступил бы ни тем, ни другим, ни третьим способом.

Но как еще он мог бы поступить?

Он хочет поступить так, как подсказывают ему инстинкты, единственным, на его взгляд, верным способом: наброситься на злоумышленника и бить, бить, бить его кулаками, а потом перевернуть и бить, бить, бить ногами, потом, вытолкав из сада вон, поднять и вышвырнуть на дорогу, по которой он пришел…