Книга Кто сидит в темноте?, страница 19 – Маргит Ауэр

— Вы что, не могли припарковаться в другом месте? – крикнул разгневанный водитель автобуса блондинке за рулём внедорожника.

Конечно, это была мать Хелены. Кто ещё будет сидеть с видом голливудской звезды в огромных солнечных очках – в дождь!

— Не могла, – отрезала госпожа Мэй. – Мне, знаете ли, некогда выискивать ради вас место – мы опаздываем в элитную балетную школу!

Тут из школы вышла её дочь, а следом за ней Катинка, которая покорно тащила Хеленин рюкзак.

Хелена трещала без умолку:

— Эта балетная школа – полный улёт! Просто высший класс, понимаешь? Круче и быть не может! Иногда мы даже танцуем под настоящий оркестр!

— Супер! – выдохнула Катинка, не сводя глаз с подруги.

— Перед уроком приходит уборщица и протирает зеркала, чтобы мы могли следить за осанкой, – продолжала Хелена. – Ольга Рахманинова – наш педагог – очень серьёзно подходит к занятиям!

— А она хорошая? – спросила Катинка.

— Пф! Разумеется! Но главное – это не абы кто! Между прочим, она раньше танцевала в государственном балете Санкт-Петербурга. У неё в кабинете все стены обклеены вырезками из газет, в которых о ней писали. Ей аплодировали и президенты, и знаменитости!

— Вот это да!

Девочки дошли до внедорожника. Мать Хелены уже нетерпеливо им сигналила. Школьный автобус, который никак не мог протиснуться на парковку, тоже гудел.

— Хотела бы я поучиться у Рахманиновой, – мечтательно произнесла Катинка, через окно передавая госпоже Мэй розовый Хеленин рюкзак. – А занятия очень дорогие?

Госпожа Мэй смерила девочку надменным взглядом:

— Разумеется. Тебе это явно не по карману. Хелена, садись быстрее!

И огромный внедорожник резко рванул с места.

Пока Хелена стояла на пуантах у начищенного зеркала, Ида с блокнотом под мышкой дежурила на площади. По её куртке стекали капли дождя. Ида приготовила четыре листовки: одну она оставила в парикмахерской, другую – в булочной, а две взяла с собой. На каждом листе было место для двадцати пяти подписей. Хватит ли сотни голосов, чтобы защитить каштан?

Из-за дождя людей на площади было мало, но Ида подбегала к каждому. Старушка с ходунками, направлявшаяся в булочную, первой поставила подпись.

— Какое безобразие! – посочувствовала она Иде. – Люди должны заботиться о природе, а не губить её!

Пробегавший мимо без зонта мужчина лишь отмахнулся:

— Лично я совершенно не против парковки рядом с домом!

Раббат сердито зарычал.

Всякий раз, получив подпись, Ида потирала лежавший в кармане каштан.

— Ничего, всё получится, – повторяла она. – Ещё три дня впереди!

К вечеру на её листах было одиннадцать подписей.

Петицию, оставленную в салоне, подписали тринадцать клиентов, ту, что лежала в булочной – восемь. Всего вместе с Идой и её родителями вышло тридцать пять.

— И это только начало, – довольно кивнул лис.

Уроки в балетной школе шли до самого вечера, и после занятий Хелена уговорила маму поехать в японский ресторан «Кои» в центре города. Как всегда, обе заказали суши.

— Вообще, балетная школа мне нравится, – говорила Хелена, обмакивая суши в соевый соус. – Хотя заниматься три часа подряд довольно тяжело. – Девочка махнула рукой официанту, и тот тут же заспешил к их столику. – Мне свежее манго, пожалуйста.

— Эспрессо, – холодно бросила госпожа Мэй, даже не глядя в его сторону. – Надеюсь, ты хорошо себя покажешь. Мы же не просто так записали тебя в школу Рахманиновой. Мы с папой стараемся дать тебе всё самое лучшее!