Книга Турецкий гамбит, страница 64 – Андрей Лучиновский

— Здравствуй, дедушка, — раздался голос от входной двери, — Поумерь-ка свой пыл и присядь. Твой дар тебе не поможет, я наперёд знаю, что ты будешь делать. Да и откатить время назад я в любом случае успею.

Резко повернувшись на голос, князь увидел совершенно незнакомого ему юношу с характерно-восточным разрезом глаз.

— Удивление на твоём лице говорит о многом, — произнёс тот, делая приглашающий жест в сторону кресла, стоящего напротив рабочего стола бывшего главы СБИ, — Ты ведь не думал, что я буду прятаться от твоих "росомах" под своей настоящей внешностью? Можешь не отвечать, вопрос был риторический.

Стариков молча подошёл к креслу и сел на самый его край, готовый в любой момент сорваться с места.

— Не глупи, дед. Садись поглубже — и тебе и мне предстоит беседа. Продолжительность которой будет зависеть только от твоих ответов.

Стариков съехал задницей ближе к спинке кресла и откинулся на неё всей спиной.

— Вопрос первый… и возможно последний, — медленно проговорил юноша, — Зачем ты это сделал?

Князь в задумчивости пожевал губами и, пристально посмотрев на юношу, так же медленно ответил:

— Тебе не понять, Кирилл, ты ещё слишком молод. Ты не в полной мере понимаешь, что такое род и мне…

— А я вот думаю, что понимаю. Когда вырезают весь твой род, включая и тебя самого, а твою мать прячут в подземелье, собираясь сделать из неё племенную кобылу, то все рассуждения о верности своему роду приобретают совершенно другую окраску. Я всё ещё не услышал твой ответ.

— Я…

— Я же предупредил — даже не дёргайся, — насмешливо произнёс княжич спустя секунду.

Используя дар, Стариков попытался выскочить в коридор, но только что стоявший возле окна молодой франт уже успел переместиться к входной двери, и теперь остриём стилета показывал князю на только что покинутое им кресло. Глубоко вздохнув, Стариков вернулся и плюхнулся обратно.

За это время его внук успел бегло просмотреть лежавшие на столе бумаги.

— Ого, агентура не дремлет. Оказывается, ты про меня уже знал. Грекова собирался на меня натравить, а, дедуля?

— Нет, Кирилл. Зачем мне Греков, если я могу убить тебя сам.

— Интересно, это каким же образом?

— А вот таким! — выкрикнул князь, становясь смазанной линией.

Зря я думал, что новый метод Рыси геморрой. Вторая половина его сознания всё ещё была в будущем, поэтому мгновенный бросок деда не застал моего напарника врасплох. Стариков рухнул лицом на стол и сполз на пол не добравшись до меня всего полметра — Рысь в невидимости перемещается гораздо быстрее, чем князь под своим даром.

— Эй, Лёня, ты полегче с ним. Мне он живой нужен.

— Не ты ли его убить хотел? — нарочито удивился проявившийся Рысь.

Я привстал и перегнулся через стол, чтобы посмотреть на упавшее перед ним тело. На затылке деда кровоточила страшная на вид рана, оставленная тыльником [4] стилета. Присмотревшись, я ухмыльнулся — кость была цела, так что о здоровье князя можно не волноваться.

— Я только сейчас понял, что когда мама в себя придёт, то может быть и промолчит, но точно никогда не простит мне его смерть. Она в семье главная, а не я — как скажет, так и будет, пусть сама решает судьбу этого упыря. А пока сними с него колечки, да запакуй потуже, уж больно дедуля прыткий под своим допингом.